Мы же семья

Келле при этом всегда приходилось прятать свое лицо, дабы его не узнавали. Когда Марк был совсем маленьким, он тоже не узнавал папу и начинал плакать, думая, что это чужой дяденька.

Вернулись они спустя часа два. И когда Ниночка увидела Келлу в гостиной, чуть не грохнулась в обморок – у нее даже под коленками похолодело. Такого она не ожидала.

Любимый муж стоял напротив нее с широкой улыбкой и ярко-зелеными волосами – как будто бы на них вылили литр зеленки.

- Ты что, - спросила Нина слабым голосом, забывшись, - сошел с ума, Ефим?

Она почти никогда не называла его по имени.

- Нет, любимая, - еще шире растянулись губы Келлы. – Мы просто решили тебя поддержать.

- Кто – мы? – тихо поинтересовалась девушка, предчувствуя что-то плохое. Из комнаты вышел Марк и взял папу за руку.

– Теперь мы вся семья Кикимор, мамочка, - объявил Марк и улыбнулся.

Нинка побелела.

Волосы сына тоже были зелеными.

- Рыло… ты что сделал… - выдохнула она, понимая, что еще чуть-чуть, и она прихлопнет мужа.

- А что такое рыло, мамочка? – тотчас спросил Марк с любопытством.

- Плохое слово, - отозвалась Нинка, глядя на Келлу яростным взглядом и совершенно не мигая.

- Что. Ты. Сделал. С моим. Ребенком.

- Это мелки, не краска! Абсолютно безопасно, любимая! – запаниковал тот, почувствовав неладное.

- Котенок, закрой уши и зажмурься, - велела сыну Ниночка, медленно идя к мужу. Тот сглотнул.

- Эй, Королева, ну я же хотел, как лучше! – с тревогой в голосе сказал Келла. – Мы с Марком хотели поддержать тебя! Чтобы ты не одна была с зеленой головой! Мы же семья, малыш.

- Семья Кикимор, - вставил Марк, но под грозным взглядом матери снова закрыл ладошками уши.

- Мы же семья? – прошептала Нина. Кажется, она не приняла это за оправдание. – Ну, я тебя сейчас по-семейному упокою, милый. Прямо сейчас, - пообещала она кровожадно.

День в их семье прошел бурно.

…Зато на юбилее Эльзы Власовны они произвели настоящий фурор. Семья рок-музыканта, гламурной блондинки и их сынишки казалась экстравагантной, но при этом дружной.

Правда Виктору Андреевичу едва не стало плохо, когда он увидел любимого внука и ненормального зятя с зелеными волосами."

"- Эт-то еще кто? – хватая воздух губами, как выброшенная на берег рыба, спросил Нинкин папа, глядя на дочь, сложившую на груди руки.