Мы же семья

Нина была довольно высокой, однако не доставала – руки Келлы были куда длиннее.

- Я оставлю тебя в живых, Рыло! - рявкнула Нина. Келла изловчился и поцеловал ее, но тут же был укушен в губу и капитулировал.

- До крови, идиотка! – вспыхнул он, проводя пальцем по губе.

- Переживешь, - отозвалась она, спешно удаляя фото.

- Иди сюда, малышка, - сощурился Келла, которого ее поведение раззадорило. - Какого черта ты творишь?

Его руки оказались на ее плечах.

- Отпусти и катись в преисподнюю, - оскалилась Нина и вдруг услышала звонок в дверь.

Келла замолчал. В их семье было правило – не ругаться при сыне.

Софья Павловна передала Марка с рук на руки Келле и спешно ушла – опаздывала на какую-то встречу. Отец и сын Софьины-Строгановы появились в гостиной, где Ниночка чинно сидела в кресле.

- Здравствуй, моя радость, - улыбнулась она и протянула руки. – Иди к мамочке?

Марк радостно подбежал к ней и устроился на коленях.

- Что сегодня было в садике? – спросила Ниночка, гладя его по волосам.

- Сегодня у Саши был день рождения. А потом мы читали сказку про Лешего, Русалку и Кикимору. Мамочка, - спросил вдруг Марк, касаясь ее светло-зеленых прядей, - ты что, стала кикиморой?

Говорил он хорошо, да и вообще мальчишкой был весьма сообразительным для своего возраста, чем постоянно хвастался дядя Витя, утверждая, что внук весь в него.

Келла хмыкнул.

- Нет, котик, - криво улыбнулась Нина и украдкой показала мужу кулак. – Мама покрасилась плохой краской. Но скоро волосики мамы станут нормальными.

- Да? – усомнился Марк, пытливо глядя на маму. – Можно, я тоже плохой краской покрасюсь?

- Покрашусь, - машинально поправила его Нина. - Конечно, нельзя.

- Почему? – явно расстроился ребенок. – У папы были цветные волосики, у мамы были, а Марку нельзя?

- Такова жизнь, сын, - потрепал его по голове Келла, волосы которого раньше действительно были синими, а сейчас вернулся к естественному темному цвету и носил андеркат.

«Барни» Марк обожал всем своим сердцем.

- Хочу!"

"- После ужина, - строгим тоном сказала Нина, прекрасно помня, что полдник в садике был в пять часов. Материнство сделало ее заботливой и научило готовить – при том не столько вкусно, сколько полезно.