Моя навсегда

— Что вы имеете в виду, ваша светлость?

— То, — Себастьян холодно взглянул на приятеля, — что Иден Пембрук, несмотря на все свои добродетели, самое упрямое и несговорчивое создание из сотворенных Богом. Она отказывается снисходительно отнестись к моему поведению, хотя безоговорочно прощает другим их прегрешения. Она заявляет, что я пробудил в ней самое дурное и, следовательно, не обладаю качествами, которые требуются, чтобы быть ее мужем.

— Раз вы не имеете смелости признаться, что любите ее, то, пожалуй, и не годитесь в мужья, — вставил; Талли.

— Она все равно этому не поверила бы. А для меня любовь однажды уже обернулась большой бедой.

— И из-за того, что больше десяти лет назад вам нанесли рану, вы теперь трусите, боясь поцарапаться, так?

— Я не трус, — огрызнулся Себастьян.

— Нет? Тогда почему вы даже самому себе не можете признаться в очевидном, не говоря уже обо всех остальных?

— По мнению Иден, у меня много лиц, но среди них нет влюбленного. Просто меня к ней влечет, и, по-моему, наш брак мог бы стать удачным.

— Конечно, раз вы так утверждаете, ваша трусливая светлость, — съязвил Талли. — Но по-моему, человек, не понимающий собственного сердца, жалок.

— У тебя извращенный взгляд, — парировал Себастьян.

— Что ж, отлично. Становитесь экс-женихом номер восемь. Во всяком случае, вы окажетесь в большой компании. Возможно, в результате всех неприятностей, которые она пережила в последнее время, мисс Иден избавилась от своих чувств к вам. — Рандолф довольно улыбнулся, когда Себастьян прорычал проклятие.

— А я думаю, что ты болтаешь о том, в чем абсолютно ничего не смыслишь, — проворчал Себастьян.

— Значит, это относится к нам обоим, ваша светлость, — не сдался Талли.

"Себастьян покинул плантацию Пембрук расстроенным и до сих пор не пришел в себя, поэтому он, стиснув зубы, терпел безжалостные издевательства спутника. Тысяча чертей! Талли то убеждал его выполнить обязательства, то в следующую минуту предлагал признать поражение. Иден и Талли, они оба доводили Себастьяна до умопомрачения, а впереди было задание, требовавшее всего его умения и выдержки.