Моя навсегда

Слава Богу, кажется, она успокоилась. Во время скачки на норовистом скакуне ему была вовсе ни к чему война с призраками. Вряд ли ему удастся управлять вороным и держать Иден, если Араб понесет, К счастью, она больше не подавала признаков жизни, пока они не прибыли на место. Себастьян спешился. Спрыгнув с седла, он успел подхватить ее, прежде чем она упала на землю.

— Еще немного, и вы будете отдыхать в постели, — ласково пообещал Себастьян, глядя на милое личико, окруженное облаком каштановых волос.

Синяки начали бледнеть, и Иден снова становилась похожей на саму себя. Через несколько дней боль ослабеет, и она сможет обходиться без опия. К тому времени необходимость держать ее в заложницах наверняка отпадет, убеждал себя Себастьян. Интенсивный обмен депешами ускорит процесс, и, если все пройдет удачно, Иден так и не узнает об его участии в этой истории.

Иден крепко спала, когда Себастьян уложил ее на кровать и, склонившись над ней, обвел пальцем сердечко ее губ.

Вряд ли у нее останутся какие-нибудь воспоминания об их нынешнем путешествии — почти вес оно для нее прошло во сне. Нужно уменьшить дневную дозу успокоительного, решил Себастьян, ей пора потихонечку подниматься, на ночь же придется оставить прежнюю дозу, чтобы исключить возможность повторного побега.

— Себастьян… — прошептала Иден и протянула руку, чтобы поймать кружившие вокруг нее воспоминания.

Соблазн прилечь рядом с ней казался непреодолимым, Себастьяну больше всего на свете хотелось забыться в объятиях Иден, но он не должен пользоваться се беспомощным состоянием.

Он и так достаточно обманывал Иден и не собирался брать еще один грех на душу. А кроме того, напомнил себе Себастьян, каждую минуту могут появиться нежданные гости, так что следует быть начеку. И все-таки он оказался возле Иден, соблазнившись возможностью хоть на миг насладиться ее близостью. Иден чуть придвинулась, и его рука невольно легла ей на плечо.

— Что ты хочешь, ангел? — нежно выдохнул Себастьян.

— Тебя…

— Я весь твой, — охрипшим голосом заверил он.

Так и было, пока длилась ночь — но только в ее причудливых сновидениях и его мечтаниях…

Очнувшись ото сна, показавшегося ей вечностью, Иден открыла глаза, увидела солнечный свет, льющийся в окна, которые почему-то были не там, где раньше, и, повернувшись на бок, осмотрела комнату.