Газлайтер. Том 26

— С ним не пропадём! Это говорит человек, который полжизни вёл клан к независимости! Мы, Опчикарские, один из старейших и сильнейших ледовиков в Царстве — и теперь кому-то прислуживаем, чтобы не «пропасть»?

— Отец — Грандмастер, — тихо напомнил Дмитрий. — И глава рода. Он всегда был дальновидным. Прежде чем осуждать, стоит понять, что именно он увидел.

— Понял он, видите ли… — Михаил фыркнул. — А ты, кстати, сам-то в курсе, кто такой этот Вещий-Филинов? Конунг дикарей с Боевогo материка! Сам себя провозгласил. Какой он, к лешему, клан-лидер? Всего лишь племенной вождь!

Дмитрий не ответил сразу.

Только спустя секунду, всё так же спокойно:

— Не всё так просто, брат. У Филинова Междуречье практически полностью под контролем. Плюс он уже начал формировать новое территориальное образование — нечто вроде альвийского государства. И на Боевом материке активно продвигается вперёд. А это, как ты сам знаешь, стратегический регион по добыче аномального мяса.

— Знаю, — рыкнул Михаил. — Знаю и то, сколько туда нужно вбухать, чтобы был хоть какой-то выхлоп.

Междуречье лежит в руинах после гулей. А Боевой материк — страна дикарей. Там, чтобы обучить одного, надо двадцать человек сдерживать и десять раз объяснять. Полцарства потратят, и то не факт, что что-то выйдет.

— Значит, ты думаешь…

— Думаю, этот Данила просто прикрывает свои финансовые дыры. Поймал нашего старика в момент, когда тот мёрз в снегах в одиночку, и воспользовался ситуацией. Теперь он собирается тянуть наши ресурсы, чтобы затыкать провалы в собственных убыточных проектах — и, конечно, за наш счёт.

Он резко ударил кулаком по столу. Дерево глухо прогудело.

Дмитрий слегка качнул головой."

"— Брат, я тоже не в восторге от этого решения. Но я уверен: за ним стоит нечто большее. Это не только экономика. Здесь и военный расчёт, и дипломатия. Возможно, и информация, о которой мы просто не знаем. Не забывай — отец уже третий месяц участвует в операции в Антарктиде. И не где-нибудь, а под эгидой Охранки.

Михаил сжал челюсти. Да, формально это был аргумент.

Но в его глазах — слабый, недостаточный. И он таким и останется, пока не появится настоящая, весомая причина, способная оправдать всё это безумие.

* * *Штурм начинается.

Как и было решено на совете Семибоярщины, я выстраиваюсь со своими у западной стены. Самый сложный участок за нами.

С юга и севера гремят первые залпы — это Семибоярщина с Паскевичем начала обстрел. Мои артиллерийские расчёты подключаются к атаке, бьют по западной стене.