Мой друг тролль

Этот блеск был последней каплей, добившей Карину. Синие глазки эльфийки закрылись, и она без чувств повисла на руках троллей.

Неизвестно, чем бы закончился этот конфликт интересов. Троллей было много, а Хищник один… Но тут раздался негромкий, но всеми услышанный вздох, и Катя открыла глаза.

– Ротгар… – прошептала она. – Если он догадается, мы…

И снова потеряла сознание.

Когтистая лапа Хищника легла на ее светлую головку.

– Иди сюда, тролль! – повелительно произнес он, обращаясь к дядюшке Ниссе. – Сид отнял ее силу.

Помоги ей.

Хищник ошибался. Не сид отнял Катину силу. Ее (вполне добровольно) взял баньши. Но целительские способности троллей и в этом случае оказались на высоте. Примерно через полчаса Катя снова открыла глаза. И на этот раз ей действительно стало получше. Более того, она встала на ноги и даже поела немного мясного бульону, который сварила Кунигунда. К искреннему огорчению всего тролльского клана, бульон был сварен не из косточек пленного сида, а из самой обычной курятины.

Глава сороковая

Правдивый конец сказки о любви

– Тук-тук.

– Кто там?

– Это я, тролль-Хищник.

– И что?

– И всё.

Эльфийская страшилкаРотгар проснулся. Полежал некоторое время, не открывая глаз. Сквозь веки пробивался розоватый свет. Ротгару было хорошо. Тело казалось легким и невесомым. Почти бесплотным. Наверное, таким и должно быть тело того, кто может беспрепятственно проникать сквозь границы миров. Сквозь любые границы и пределы…

Но – торопиться не надо. Всякое новое умение, особенно полученное магическим путем, должно «созреть».

Поэтому день-два он еще побудет прежним. Ротгар сладко потянулся… и почувствовал: что-то не так. И сразу понял, что именно. Рядом не было его «невесты». Впрочем, она могла куда-то выйти. Скажем, в туалет… Не важно. После того, что он с ней сделал, девчонка уже никуда не денется. Теперь она – всего лишь оболочка, пустая, как рукав висящей в шкафу рубахи Ротгара.

Эльф еще раз потянулся, улыбнулся, открыл глаза…

Девчонка была здесь.

Лежала рядышком, и утренний свет падал на ее бледное прозрачное личико, на такую же бледную грудь. Тоже прозрачную. Такую прозрачную, что свет проникал насквозь, до черной простынной ткани…

Ротгар дернулся, будто укушенный скорпионом. Выбросил руку… И рука тоже прошла насквозь. А призрачная «невеста» повернула к нему прозрачную головку, улыбнулась. И растаяла.

Ротгар вскочил с постели. И едва не упал от внезапно нахлынувшей слабости и головокружения.