Мой друг тролль

Что же до моих родичей, то прадед мой по отцу был из первых троллей, что рискнули в человечьих городах пристанище обрести. А сын его, дед мой…

Тут тролль принялся перечислять родственников в порядке старшинства, не забывая особо остановиться на заслугах каждого. Родичей и заслуг оказалось немало. Нильс, который знал все эти истории наизусть, сразу заскучал, пискнул: «Я пошел к маме, помочь» – и убежал на нижние палубы.

Шум снизу между тем стал погромче. Там спорили, причем довольно азартно. Пару раз, судя по звукам, дело дошло и до рукоприкладства.

– Чего это они там расшумелись? – спросила Лейка.

– Составляют праздничное меню в честь нашего приезда. Сейчас совещаются, как приготовить главное блюдо.

– А что у нас на обед? – спросила Лейка.

Скалли ухмыльнулся, еще раз принюхался.

– Думают, я не догадаюсь! – проворчал он добродушно. – Дурочки. Да им тут все провоняло!

– Чем?

– Не чем, а кем. Сиденка они поймали.

– Что, эльфа? – ужаснулась Катя.

– Нет, не сида. Раба сидов, из человечков. Поймали и помалкивают – хотят сюрприз мне сделать.

Ну все равно молодцы, – Скалли облизнулся: – Ну мы сегодня гульнем!

Лейка судорожно сглотнула.

«Похоже, сегодня вечером ужинать мне не придется», – подумала она.

Глава двадцать четвертая

Кое-что о троллях и их кулинарии"

"Как определить, настоящая ли рядом с вами троллиха?

Очень просто. Если, проснувшись рядом с ней и увидев, что ее голова лежит на вашей руке, вы тут же отгрызаете себе руку, чтобы убежать, значит, троллиха настоящая.

Дима очнулся, когда его в очередной раз окунули в воду.

Тролли миновали то ли шлюз, то ли док, снова нырнули в воду, вынырнули в какой-то норе, затем долго тащились по низким тесным и вонючим подземным ходам.

Окончилась эта беготня в месте темном и неприятном. Диму подняли наверх и с размаху бросили на что-то жесткое. Затем тролли ушли, предоставив Диму самому себе. Однако в полной мере насладиться одиночеством Дима не смог, поскольку так сильно ударился головой об пол, что снова отключился.

Когда сознание вернулось, Дима обнаружил, что его окружает покой, то есть темнота и тишина.

Удивительно, но чувствовал он себя неплохо, если не считать таких мелочей, как общая ломота и боль от многочисленных ушибов – надо полагать, следствия давешней гонки по крышам и задворкам. Еще очень хотелось пить.

Дима сел. Потом ощупал то, на чем лежал.

В ладони ему тут же впилась заноза. Под ним были кое-как оструганные доски.

Внезапно Диму охватил ужас: почудилось, что его похоронили заживо.