Мертвый остров

– Прошу меня простить, Алексей Николаевич… за кабинетного работника. Вижу, был не прав. Нет ли там и второго?

Но Садрутдинова нигде не нашли. Начальник округа и штабс-капитан помирились и разработали план дальнейшего поиска. Решили усилить караулы вокруг старых копей и временно остановить там добычу угля. Если беглый внутри, то хлеба ему никто не принесет. И он сам от голода и жажды выберется наружу. Неделя такого режима откроет преступника. А не откроет – значит, он уже на материке.

Позавтракав у смотрителя водкой и закуской, гости засобирались домой.

Хозяину поручили проверку Дуйской тюрьмы, но больше для проформы. Она не кандальная, и народ там сидит второсортный. Хватит с них и Фищева…

Перед отъездом Лыков забрал бумаги на Ваньку Пана и пошел в караулку. Каторжный стоял без кандалов, с мешком в руках, такой же растерянный. Увидев фуражку с кокардой, он вытянулся в струну. Сыщик сказал:

– Здорово, Иван. Помнишь меня?

Парень всмотрелся и ахнул:

– Лыков! Так ты… виноват, ваше высокоблагородие!

– Да, я был «демоном» шесть лет назад.

Сейчас вот командирован на Сахалин. Ненадолго.

Ванька Пан глядел на сыщика во все глаза и не знал, что ответить.

– Мне нужен денщик на время, пока я здесь. Пойдешь ко мне?

– Я… эта…

– Дурак! – прошипел Лыков. – Соглашайся! Поживешь при мне несколько месяцев, хоть от рудников отдохнешь. Цепи я с тебя уже снял. Ну!

– Так точно, согласен!

– Зови меня Алексей Николаевич. А там разберемся, что с тобой дальше делать. Пойдем!

Они выбрались на улицу.

Збайков взвалил на спину мешок, оглянулся. Страшная Воеводская тюрьма смотрела на него мрачными окошками казарм. Часовые с примкнутыми штыками стояли через каждые пятьдесят шагов. Ветер гнал с моря свинцовые тучи.

– Все, Иван. Ты сюда больше не вернешься. Если сам не сглупишь!

Каторжный глядел, до конца не веря, хотел спросить, но не решался.

– Что?

– А почему вы… именно меня?

– Тогда в Дорогомилове ты показался мне приличным человеком. Не из таких, что грабят нагих. Так ведь?

– Ну… совесть не пропил.

Но ежели вы думаете, что Ванька Пан станет вам за это плесом бить[31], лучше сразу верните меня обратно.

– Мне нужен денщик, а не доносчик.

Збайков снова оглянулся на тюрьму, и лицо его дрогнуло.

– Раз так, спасибо вам, Алексей Николаич! Уж по гроб жизни… чем хошь отработаю… Худо здесь. Очень худо.

От пролетки раздался голос Таскина:

– Скоро вы там?"

"Каторжный кое-как разместился на облучке возле Буянова. Алексей сел, задернул полость.