Мертвый остров

Вскоре в кабинет подполковника вошли штабс-капитаны Артлебен и Бисиркин, а еще штабс-ротмистр Павлов-второй. Последним скромно прошмыгнул Арзамасцев. Во дворе ожидали четыре жандарма, прибывшие с Павловым. А в задних комнатах сидели под замком главные гости – Енджеевская и некий Люсиус. Он-то и интересовал барона в первую очередь.

Артлебен, как старший в команде, сделал доклад.

– Виктор Рейнгольдович, все так и вышло, как вы предполагали. Енджеевская поселилась в гостинице «Золотой рог». Арзамасцев ее проследил, а потом на смену явился я, уже с жандармами.

В первый же день Енджеевская поехала в Сибирский торговый банк, где поместила восемьдесят семь тысяч рублей.

– Сколько? – поразился Таубе.

– Восемьдесят семь тысяч. По доверенности, на счет статского советника Гизберт-Студницкого.

– Богато живут статские советники…

– Не то слово! Там, на счете, уже лежало сто десять тысяч.

– Граф Монте-Кристо!

– Еще Енджеевская спрятала в несгораемом шкапе связку бумаг. Бумаги изъяты чинами ОКЖ и находятся у штабс-ротмистра Павлова-второго.

Жандарм тут же выложил на стол большой пакет.

– Вручаю вам, господин подполковник, как руководителю операции.

– Что там?

– Не смотрели. По внешнему виду – частная переписка.

– Ну-ну… Знаем мы эту переписку.

Таубе убрал пакет в стол, и Артлебен продолжил:

– Вечером того же дня в номер к Енджеевской явился незнакомый господин. Пробыл полчаса, после чего поехал на Батарейную улицу. Как оказалось, к себе на квартиру.

Там он, согласно вашему приказанию, и был арестован. По документам господина зовут Франц Романович Люсиус. Он коммерсант и поставщик Тихоокеанской эскадры. В кармане Люсиуса мы обнаружили письмо, написанное по-польски. Предположительно автор его – Гизберт-Студницкий. Вот что там сказано.

Штабс-капитан вынул лист бумаги и прочитал:

– «Немедля прекратите все операции по нашим друзьям. Отлучитесь куда-нибудь из города на месяц. Тут запахло жареным. Я сообщу, когда можно будет все возобновить».

Письмо без подписи.

Артлебен передал бумагу подполковнику и добавил:

– Люсиус показался мне тем орехом, который можно расколоть. Енджеевская – другое дело…

– Ну ее-то как раз есть чем прижать – деньгами. И в пакете, наверное, много секретного. А что мы предъявим Люсиусу? «Операции по нашим друзьям»? Он скажет, что написано про обычные торговые операции. Нам, конечно, известно, что речь идет о якудзе. Но трудно доказать это судейским.