Мертвый остров

Кстати, пароход с лекарствами будет сегодня ночью. Я распоряжусь, чтобы вам выделили рабочих.

Инцова смотрела на Алексея неприятно пристальным взглядом. Словно хотела дыру прожечь…

– Простите? Ах, лекарства! Да, спасибо. Но насчет помощи вы ошибаетесь. Мы, женщины, тоже умеем помогать мужчинам. Даже если они начальники.

Лыкова начал тяготить этот двусмысленный разговор.

– Клавдия Провна, я обещаю вам перейти с водки на хлоралгидрат. Учитывая, что завтра его запасы будут пополнены. У вас что-то еще?

Акушерка слабо улыбнулась и опять, как в тот раз, сделалась вдруг похожа на женщину.

Уже не очень молодую и усталую, но женщину. Улыбка ее преображала. Интересная была, наверное, в молодые годы, подумал Лыков. А теперь на Мертвом острове неустанно губит себя собственными руками.

Словно прочитав его мысли, Инцова снова нахмурилась."

"– Я предлагаю помощь человеку, который в этом страшном месте и ведет себя как человек. Ваша борьба с палачами Шелькингом и Ялозо… Сочувствие к бесправным людям… Поверьте, здесь никогда не было такого начальника! Все это видят, все об этом говорят.

Уедете – и опять не будет… До вас никому из них и в голову не приходило интересоваться состоянием аптеки. А деньги, что вы дали? Я же не дура. Я поняла, что это ваши собственные средства, а никакие не пожертвования. Тоже удивительно для Сахалина и благородно. А мы тут… совсем отвыкли от благородства.

Алексей фыркнул. Какое еще благородство? Он хорошо себя знал, и в его самооценке это слово совершенно отсутствовало.

– Ну, вы отчасти угадали, но лишь отчасти…

– Не надо стесняться собственных добрых поступков. Хотя это только подчеркивает ваш привлекательный характер. Порядочный человек обычно не подозревает, что он порядочный. А просто так живет. Не думала я, что увижу еще когда-нибудь порядочного мужчину… Совсем отвыкла, простите.

– Это вы меня простите. Я проспал, а там люди ждут. По утрам я принимаю. Неудобно!

– Да, конечно. Мне тоже пора, и меня всегда ждут. Последний вопрос, Алексей Николаевич, и я уйду.

Но он очень важен для меня.

– Я слушаю.

– Правду говорят, что вы попали сюда в наказание? За то, что при аресте убили человека.

– Правду.

– У вас это, конечно, вышло случайно?

– Нет, – сказал вдруг Алексей, хотя только что собирался соврать. Ему почему-то стало трудно юлить перед этой непонятной женщиной.

– Нет?! Поймите, это ключевой для меня вопрос!

– Извольте. Я выбросил в окно убийцу, негодяя. И знал, что делаю.