Медовый месяц с тираном

И вся эта громадина, запечатлевшая пылкую любовь на перилах садовой беседки, рухнула вниз!

Тяжеленая рама пробила дыру в мозаичной плитке пола. Осколки брызнули во все стороны. Сопровождавшая меня брюнетка заверещала, сбежались стражницы…"

"А я стояла с гулко колотящимся сердцем, вцепившись в свою накидку так сильно, что даже пальцам больно стало.

Эта картина должна была упасть прямехонько мне на голову. Не замри я на миг, на этом бы все для меня и закончилось. Везение? Случайность?

Снова перед глазами на долю секунды мелькнул голубоватый огонек.

Дэриан

Его Императорское Величество Единоличный Властитель Ринилиона Вилард Третий сосредоточенно пыхтел в пышную седую бороду завитую колечками. Крохотными ювелирными ножницами подрезал шипы у цветущего вьюна у стены оранжереи. И был так увлечен этим занятием, что даже не сразу отреагировал на появление Дэриана.

Прекрасно зная, что отвлекать императора сейчас бессмысленно, Дэриан лишь со снисходительной улыбкой наблюдал за ним. В наброшенном поверх камзола сером фартуке Виларда вполне можно было принять за пожилого садовника.

– Когда ты, наконец, женишься? – пробурчал тот недовольно вместо приветствия. – Дэриан, мне категорически не нравится твое несерьезное отношение к браку!

– Ну почему же несерьезное? – Дэриан улыбнулся, оперся плечом на резную дверь оранжереи. – Наоборот, я отношусь к этому настолько серьезно, что ни в коем случае не стану спешить со столь важным решением в жизни.

Вилард крайне скептически покосился на него из-под кустистых седых бровей.

– Ну-ну. Только что-то мне подсказывает, твоя ирония вряд ли тебе поможет, когда я буду выбирать себе достойного преемника. Ты хоть слышал, что Фирдан на той неделе объявил о помолвке с одной прелестной девицей из весьма богатой и уважаемой семьи? Такими темпами из всех претендентов лишь ты один так и останешься холостым! И к кому тогда, по-твоему, склонится чаша весов моего выбора?

– К самому достойному, я полагаю, – невозмутимо отозвался Дэриан.

Вилард вздохнул, даже ножницы отложил, оставив в покое несчастное растение.

– Знаешь, когда уже стало ясно, что боги не смилуются, и у меня никогда не будет наследника, я смиренно принял их волю. Но для себя я решил, что сделаю все, лишь бы во главе Ринилиона встал тот, в ком я буду уверен как в самом себе.