Марш обреченных

Мы полагаем, что США и СССР вполне могут сосуществовать на этой планете, не угрожая ежечасно уничтожить друг друга.

– Дай-то Бог, – весомо произносит генерал.

– Бог здесь не при чем. Все в наших руках. Конечно, мы пошумим и по возмущаемся для вида: переворот – это все же переворот, как его ни назови. Но на наших отношениях это никак не скажется, – заверяет его собеседник. – Более того, от нас вы получите максимальную помощь. И деньгами, и технологией и, конечно, продуктами. Народ ведь накормить надо.

Это, впрочем, отдельный разговор, и сейчас для него не время. Но коротко скажу так: мы рассчитываем, что придя к власти, вы, как умный человек, захотите сотрудничать, а не соперничать с нами. СССР и США поделят сферы влияния в мире, и …

– Вы считаете, что я должен стать главой государства? – скрывая внезапно нахлынувшие чувства, спрашивает Крючков.

Проститутке на Тверском платят баксы, малолетнего преступника, работающего на органы, покупают на дозу свободы. А на чем берут политика? Туманом! Радужными перспективами власти.

– Нет, конечно же. Да вам это и не к чему, – утешает его заезжий фарисей. – Президентом должен стать гражданский человек. Надеюсь, вы не обидитесь – мы составили примерный перечень лиц, которые могли бы войти в новое правительство. Вы, полагаю, над этим думали тоже.

Далее по тексту следует ремарка: «Очевидно что-то пишет. Щелчок по звуку напоминает зажигалку. Вероятно, листок с написанным был сожжен». Вероятно. Хотя, быть может, новые соратники просто раскурили трубку мира? После этой встречи я готов поверить в любой, самый невероятный поворот генеральной линии.

– Вы меня пугаете, господин генерал! – отпускает слегка завуалированный комплимент Коулер. Отчего не сделать приятное собеседнику, признавая его редкостную проницательность. Особенно, после того, как обвел его вокруг пальца. – Похоже, нам следует поискать агентов в ближайшем окружении президента Буша.

Дальнейший разговор уже не имеет прикладного значения.

Все важное уже сказано. Остальное – в рабочем порядке по известным высоким договаривающимся сторонам каналам. Деловые переговоры уступили место ласковым психологическим поглаживаниям и битью в грудь. В знак высочайшей благосклонности, хозяин кабинета сам готовит кофе своему гостю и, как указанно в пришпиленной сюда же справке, заправленный «Боинг-747» все это время ждет на взлете, ожидая сущей безделицы – благоприятной метеосводки.