Марш обреченных

 – Я запамятовал, куда поехал ваш муж?

– Я же уже сказала: Толя работает в совместном российско-французском предприятии. Сейчас вспомню, как оно называется… – Небольшая пауза… – «Шартан»!

Мы с Андреем невольно переглядываемся. Как ни тужься, сколько ни вспоминай, название нам ровно ни о чем не говорит. Ну ничего. На всякий случай запомним.

– Еще один вопрос, Зоя Тихоновна, вы не подскажете, он скоро вернется?

Яковлева пожимает плечами.

– Он вчера звонил, сказал, что пока задержится. А что, Толя очень нужен?

– Да в общем-то, нет, – с деланным равнодушием отмахивается следователь.

– Так ведь поздно было. Мальчишки тут сидели, я уже спать пошла… – начинает оправдываться Зоя Тихоновна.

От дальнейшего изложения подробностей процесса нас избавляет появлений милицейского капитана.

– Как успехи, ребята? О, я гляжу, вы тут неплохо устроились! – на ходу бросает он.

– Садись, капитан. Зоя Тихоновна, у вас ещё чашечка найдется?

Мадам Яковлева уметается на кухню за очередной порцией чая.

– Чем порадуешь? – спрашиваю я.

– Сержантов наловили полный невод. Куда девать прикажете?

– Гони их на опознание. Военные билеты изъял?

– Что за вопрос? Конечно!

– Давай сюда.

Капитан Стельмах раскладывает перед нами на столе шесть однотипных удостоверений воинской личности.

– Младший сержант Круглов, – начинаю читать я, – младший сержант Палагнюк, сержант Дыркин, младший сержант Сухорук.

Стоп! Еще раз! Младший сержант Сухорук Георгий Олегович.

"Видимо, глаза мои становятся неестественно большими, поскольку Стрельцов смотрит на меня с плохо скрываемым интересом. Я молча протягиваю ему документ. Андрей быстро пробегает четкие официальные строки, и мне тут же становится ясно, как, должно быть, выглядело мое лицо минуту назад.

«Сын?» – озадаченным взглядом спрашивает он.

«Именно», – киваю я.

– Послушай, капитан. Приведи-ка сюда вот этого. Остальных можешь отпустить, – говорю я.

– Неужели нашли?! – заметно оживляется Стельмах.

– Нашли. Правда, не совсем то, что искали, но нашли. Приведи парня, и вот ещё что… скорее всего, по твоей разработке, он ни в чем не виноват, так что сам понимаешь.

– Хорошо, сделаем, – грустнеет капитан, понимая, что его работа далеко не закончена.

Младший сержант внутренних войск в краповом берете, с черной эмблемой, на которой серебряный орел сжимает в когтях обнаженный меч[39], угрюмо входит в комнату.