Марш обреченных

Во время беседы Птаха пару раз выглядывает на веранду, проверяя, не заснули ли мы. Нет, не заснули. От таких речей особо не поспишь.

– Мужики! – наконец, взрывается она. – Сколько можно языками чесать! Чай уже льдом покрылся!

– Анечка, не шуми, – успокаивает её отец. – Ничего с чаем не сделается. Через пару минут мы придем.

– Саша! – Птаха угрожающе хмурит брови. – Помни, о чем мы говорили.

– Солнце мое – пять минут.

– Неисправим! – обреченно констатирует она. – Где вас таких делают?!

Анна удаляется и вся её фигура является воплощением высочайшего неудовольствия.

Я печально гляжу ей в след, невольно ловя себя на мысли, что куда охотнее сейчас сидел бы с ней и Натали за чашкой круто заваренного чая, а то и чего покрепче, чем копаться в этих залежах дерьма. Однако выбор не велик.

– Понятно, – задумчиво произносит Николай Сергеевич, дождавшись окончания моего рассказа. – Что я могу тебе сообщить вполне официально: вы вляпались в крайне скверную историю.

Огромные деньги, практически неограниченные возможности, непробиваемая крыша. М-да. Скверная история, – повторяет он. – Хорошо, а я-то чем могу быть полезен?

– Нам нужна как можно больше полезной информации о работе фирмы «Приватир-инвест». Ее структура, связи, клиенты, смежники, банковские счета, имена и характеристики работников, движимое и недвижимое имущество, партнеры – в общем все, что может иметь хоть какое-то отношение к деятельности фирмы.

Отдельно нас интересует Тенешевский завод. Сколько эшелонов с техникой приходит и откуда. Сколько уходит и куда. Маршруты и документальная поддержка."

"– Понятно. Дальше можешь не продолжать. – Полковник Потапов достает из пачки новую сигарету и чиркает зажигалкой. – Саша, не обижайся, но вряд ли я смогу тебе помочь. Пойми меня правильно. Безусловно, то, о чем ты говоришь – чистейшей воды экономическая преступность. Более того, каким-то концом она даже касается моей префектуры, так что пресечь эти преступные деяния – вроде бы моя прямая обязанность.

Однако здесь есть масса «но», которые все мои полномочия практически сводят к нулю. Как ты сам отлично понимаешь, законы вещь искусственная, к жизни отношение не имеющая, а в нашей несчастной стране так и подавно. Одни их пишут и принимают, ни на секунду не думая их выполнять, так как сами они стоят над законом.