Восхитительная ведьма (СИ)

Наверное, сейчас я узнаю, почему Окладникова ревела — наверняка поссорилась со своим парнем."

"— Олег! Остановись! Давай, поговорим! — вновь выкрикнула Васька ему в спину. Я никогда не слышала в ее голосе столько мольбы.

Беги, Олег, беги! Иначе она тебя догонит и тебе крышка.

Молодой человек, конечно же, не слышал моих мыслей, надо сказать, весьма здравых, и замер в нерешительности. Широкие плечи его дрогнули. И он все-таки обернулся. Василина подскочила к нему, умоляюще заглядывая в глаза и хватая за руки.

Меня, притаившуюся в компании с елками, ни он, ни она, к счастью, не замечали.

— Ты не можешь так поступить! — говорила Василина, захлебываясь в своих чувствах, словно в воде, и хватая ртом воздух.

— Прости, — тихо, но твердо сказал Олег, опустив лицо в землю. Тембр у него оказался приятный, глубокий, не то, что комариный писк Окладниковой.

— Это неправильно… Не бросай меня, не бросай, — твердила она с мольбой.

— Мы не можем быть вместе. Прости меня. И отпусти. Это все, что я могу тебе сказать, — повторил Олег настойчиво.

— Ты не можешь все разрушить! Не можешь, не можешь, не можешь!

— Разрушить то, что уже было разрушено, невозможно, Василина. Возвращайся в корпус. Заболеешь, — тихо и устало сказал он.

— Ты же знаешь, что я люблю тебя! Почему ты так со мной? Почему?! — И Окладникова, не в силах больше контролировать себя, стала бить Олега по груди и плечам.

— Василина, хватит, — поймал ее за запястье Олег. Ее имя в его устах звучало почти нежно. Меня едва не перекосило.

— Я тебя люблю! Прошу…

О чем там его просила Васька, мне так и не суждено было узнать. Олег вдруг поцеловал ее — коротко, горько, так, как целуют на прощание, и резко отстранился.

— …пожалуйста, — едва слышно прошептала Василина. Порыв ветра взметнул ее светлые длинные волосы

— Я все решил. Иди обратно, иначе замерзнешь. Холодно. — Олег резко развернулся и зашагал к стоянке.

До меня донесся всхлип и скрип снега под ногами Василины — плача, она убежала в корпус. Олег же ни разу не оглянулся.

Переждав немного, дабы меня никто не уличил в подслушивании, я вылезла из-под своей елки, отряхиваясь на ходу.