Восхитительная ведьма (СИ)

Пустая, недалекая, эгоистичная — вот что он обо мне думает. И мешать ему в этом я не стану.

— Да, я именно такая, — со злой улыбкой подтвердила я. — Рада, что ты это понял, милый. Что ж, не хочешь — не надо. Я никого не заставляю. В конце концов, у каждого из нас есть свобода выбора.

Я допила остывший кофе под его пронзительным взглядом, аккуратно поставила кружку на столик и встала, только сейчас вспомнив, что на мне его джинсовая рубашка, которая доставала мне до колен. Уютная и теплая, не такая, как ее хозяин.

— Спасибо за то, что не дали мне замерзнуть в сугробе, — холодным голосом сказала я. — Мне пора домой. Переоденусь и покину ваш дом, чтобы не омрачать его своим присутствием.

Но уйти я не смогла — он не дал мне этого сделать. Олег схватил меня за руку — не больно, но твердо. Я остановилась.

Глава 7

— Ты права, — тихо сказал Олег. Тихо — не потому, что не мог повысить голос, а потому, что ярость приглушала его. — Мне не нужны проблемы с полицией. И я не хочу, чтобы об этом узнали на работе.

— Следите за языком, Олег Владимирович, — огрызнулась я.

— Говорят, что в паре оба должны принимать друг друга такими, какие они есть, — отозвался он со злым весельем. — Со всеми достоинствами и недостатками. Так что привыкай. Кстати, если хочешь, можем условиться, как будем обращаться друг ко другу при посторонних? Что тебе больше нравится? Солнышко, кошечка, ягодка?

Сколько издевательства было в его словах! Словно он пытался сказать мне: «Ты хотела такого парня как я? Получай».

— Вам весело, Олег Владимирович? — сквозь зубы спросила я.

Он коротко рассмеялся.

— Весело. А ты рада, Таня? Твоя мечта почти сбылась. Теперь дело осталось за малым. Уговори меня.

От ярости я, кажется, забыла, как дышать. В эти минуты Олег злил меня так, что кровь начинала кипеть, и я чувствовала, как горят щеки.

— Уговорить? — как змея прошипела я.

— Верно. — Олег улыбался, глядя в мое лицо.

— И как же?

Он вдруг потянул меня к себе, и я сама не поняла, как очутилась на его коленях, упираясь руками в грудь. Мне нужно было возмутиться, но я молчала, прислушиваясь к тому, что происходит со мной. Напряжение между нами росло.