Личный трофей опального генерала-1

А он уже собрался все рассказать в подробностях. Вывалить из шкафа скелеты, да еще и потрусить ими.

— Что тогда? — настойчиво поинтересовалась она. — Почему твои сестры так настроены?

— Мы в молодости дали клятву никогда не заводить семьи и не иметь детей. Вот Лара с Леной мне и напомнили, — кисло усмехнулся Кирсанов.

— Почему? — вскинулась Санька и снова требовательно глянула на него.

— По большому счету, дураки были, — скривился Кирсанов. — Максималисты хреновы. Только сами себе жизнь перепортили… Захочешь узнать подробности, потом расскажу.

— Не хочу, — отрезала она. — Мне не интересно, и меня такой расклад не устраивает. Я никаких клятв не давала и хочу иметь настоящую семью. Мне хочется стать матерью в полном смысле этого слова. Самой выносить и родить ребенка. Я безумно люблю Лешика и остальных детей любить буду. Любовь — это странная субстанция. Чем больше ее даришь, тем больше ее вокруг становится. Если вы не готовы дать мне настоящую семью, то лучше расстаться по-хорошему. Отпустите меня и держите свои обеты, — пробурчала она, пытаясь сморгнуть слезы.

— Сань, да ну что ты? — воскликнул он, совершенно не желая ее отпускать. Ни из своих объятий, ни из жизни. — Я же тебе говорю, ерунда!

— Вполне возможно, — кивнула она и добавила грустно: — Но сегодня нам с вами предстоит обменяться клятвами. И эти новые обеты навсегда перечеркнут ваше старое обещание, сделают его невыполнимым. Вы осознанно идете на это? Или по принципу: потом все уляжется и рассосется?

— Александра, — рыкнул Кирсанов.

 — Я каждый свой шаг делаю осмысленно. Иначе до сих пор бы в прапорах ходил. Я беру тебя в жены, несносная женщина, потому что влюбился, как последний пацан. Ты мне весь свет заполонила, Санечка. Только и размышляю, как бы побыстрее сделать тебя своей женой. Даже не подозревал, что может так приспичить. Дети, деньги, собаки, загородный дом — вся наша жизнь в твоих руках. Распоряжайся сама. Тут ты командир, а я — рядовой. Как скажешь, так и сделаю! Только не бросай меня, слышишь?

— Сережа-а, — всхлипнула она и, поддавшись порыву, чмокнула его в щеку.

Он моментально прижал ее к себе посильнее и требовательно впился губами в губы, будто ставя точку в этом нелепом разговоре.

«Придет время, Санечка, и я все расскажу тебе. Если, конечно, случай представится, — мысленно скривился он. — А с другой стороны, может, лучше похоронить всю эту историю. Те, кто знают, уже никому не скажут. А остальным рассказывать — только старое дерьмо ворошить».