Лекарь короля драконов

Но даже в этот момент её руки не останавливались — она с профессиональной тщательностью протёрла спиртом стол и выложила на него блестящие инструменты. Казалось, каждая деталь в её работе была отточена до мелочей.

Когда она закончила подготовку, то накрыла кресло свежей простыней и сделала мне знак присаживаться.

— Садитесь, — сказала она спокойно, но в её карих глазах мелькнуло что-то, чего я не смогла сразу понять. Возможно, это было сомнение или неуверенность, но Наина постаралась скрыть эмоции за профессиональной маской.

Я медленно опустилась на стул, чувствуя, как моё сердце всё ещё колотится от недавнего потрясения.

— Что с Виктором? — снова спросила я.

Наина вздохнула и, наконец, сказала:"

"— Я не могу дать вам точный ответ… Татуировка подтверждает, что связь есть. Но жива ли она, эта связь, или её просто поддерживают искусственно — это отдельный вопрос.

Наина протерла мою руку спиртом:

— Есть несколько вариантов. Например, жених может находиться в стазисе — это состояние, при котором человек вроде бы жив, но его жизненные процессы замедлены до минимума.

Это часто используется в магических практиках, чтобы сохранить кого-то между жизнью и смертью. Есть вариант, что свечение связано с составом чернил, как мы уже знаем, тут подмешан приворот, мало ли что еще? Ещё… бывают проблемы с некромантами, — добавила она, чуть тише, — Я слышала, что они всегда одной ногой на том свете, так что связь с ними тоже может быть весьма… странной.

Услышав слово «некромант», я вздрогнула. Моя кожа покрылась мурашками, и желание расспрашивать дальше тут же испарилось.

Наина с глубоким вдохом приступила к работе, подготовив всё необходимое. Она открыла футляр, в котором аккуратно лежал небольшой магический шприц с тонкой иглой, переливающейся светом. На кончике иглы едва заметно светилась магическая субстанция, которая использовалась для выведения татуировок.

— Это будет не больно, — сказала Наина, пытаясь успокоить меня. — Но кое-что вы всё равно почувствуете.

Она сделала короткий укол в запястье.

Я приготовилась к привычной боли, но вместо этого ощутила странное облегчение, словно что-то тяжёлое, давившее мне на сердце, начало медленно отступать. Я посмотрела на свою руку: светящаяся субстанция с татуировки начала медленно перетекать в шприц, словно живая, подчиняясь воле Наины.

— Видите? — спокойно проговорила она. — Рисунок сам уходит.

Действительно, рисунок обручения, который так долго сиял на моей коже, постепенно терял свою яркость.