Леди не копают могилы

Пламя в ладони Ди почернело и увеличилось, набирая мощь — только пусти она такой «мяч», и от Винсента не осталось бы и мокрого места.

— Темная! — громко ахнула одна из подавальщиц.

— Темная, — холодно подтвердила Диана. — И эта темная сейчас уйдет. А если кто-то попытается ей помешать...

Она не договорила.

— То что?! — насмешливо выкрикнул тот самый бородач из компании Винсента, которого она тоже рассматривала на роль своего будущего любовника, но отмела его кандидатуру из-за густой черной растительности на лице.

Диана ожидала какой угодно реакции на свои действия, но точно не подобной. А самым отвратительным было то, что эти уроды знали, о чем говорили.

Когда-то темных магов боялись настолько, что заставляли их носить ограничивающие артефакты, не позволяющие им применять магию к бездарным. Давно, лет тридцать назад. Однако, если черный вредил обычным людям, подобные случаи разбирались с особым тщанием и по сей день.

Впрочем, Ди прекрасно понимала, что в ее случае все бы обошлось.

Но также и понимала, что не готова действительно начать убивать.

Она собиралась удивить, припугнуть, застать врасплох, а не показательно превратить кого-то в мясо на углях…

— Туши — и пошли, — усмехнулся Винсент.

Вот только и в добровольные жертвы Диана записываться не собиралась.

Другой вопрос, насколько хватит ее резерва — все-таки, пока у нее на ладони огонь, они хотя бы не пытаются трогать ее руками.

Что делать дальше, Ди так и не придумала. Хлопнула входная дверь. Звякнул колокольчик над ней. И в помещение ворвался холодный воздух улицы.

— Что здесь происходит? — властно поинтересовался знакомый голос.

И Диана захотела провалиться сквозь землю.

Владелец трактира же вдруг сложился пополам в глубоком поклоне.

— Это еще кто? — не понял Винсент. Однако уточнил достаточно тихо — на всякий случай.

— Это сам управляющий Сливдой, — прошипел трактирщик, почти не разжимая губ и все еще не поднимая головы.

Глава 22

Марко поднимался по лестнице таким широким шагом, что Диана совершенно за ним не поспевала, и ему приходилось тащить ее за собой, как на буксире.

— Да отпусти же ты меня, — прошипела она, дернув рукой. — Мне больно.

Это что, какой-то заговор небес? Почему сегодня все только и делают, что хватают ее за руки?

— Не ври, — огрызнулся управляющий. — Тебе не больно.

И он был прав, черт возьми.