Кто ты, моя королева

Сердце в груди делает акробатический кульбит и замирает испуганной дрожащей пичугой где-то в горле.

– Ты… очень спокойно это говоришь. Тебя не волнует это предположение?

– Знаешь, я не уверен, стал бы я наказывать, если бы это было так. Но только при условии, что мотивом стала месть, или, что тоже вероятно, желание снять с меня обузу.

Аха. Хотела узнать его лучше? Получай, Нэлли. Теперь бы это переварить ещё как-то.

– А могут быть другие мотивы? – осторожно уточняю я.

– Он единственный, кого Богиня может поддержать, как короля Сэйнара, если нас с Таем не станет.

Гиерно наш дальний родственник, в нём есть толика королевской крови. Я не имею права идти на поводу собственных привязанностей и не учитывать этого.

– А разве не логичнее было бы убить тебя… и Тая? Если бы у него были планы взойти на трон.  – совсем уже жалобно спрашиваю я.

Яргард криво ухмыляется и согласно кивает."

"– Именно это соображение и говорит в пользу того, что участие Гиерно в покушениях на тебя весьма маловероятно. А чтобы мстить… слишком много воды уже утекло со смерти Эмины.

Если бы он собирался, мог бы сделать это гораздо раньше. Я достаточно хорошо его знаю, чтобы утверждать, что он бы действовал по-другому. Но откровенничать о том, кто ты на самом деле, ни с кем не собираюсь. Чем меньше людей знает, тем лучше.

– Эмина? Это твоя сестра? – выхватываю я когда-то услышанное от Тая имя. Хочется узнать, что же с ней произошло на самом деле, слишком многое сводится к этой смерти, но спрашивать не решаюсь.

Впрочем это и не нужно. Потому что король и сам решает меня просветить.

– Да. Сестра. – Подтверждает он очевидное, но на этом не останавливается, продолжая говорить. – Она родилась вне брака и отец не мог признать её и принять в род Сэйнар, тем более, что отец жениться больше не хотел, а её мать вышла потом замуж и её муж удочерил девочку. Так что, о нашем близком родстве знали единицы. Когда она совсем юная прибыла ко двору, я был настолько глуп, что проявил своё к ней расположение.

Мне всегда хотелось иметь братьев и сестёр, вот я и привязался к девчонке. Впрочем, не любить её было невозможно. Она была слишком светлым и хорошим человечком. Вот только все решили, что мой интерес носит иной характер. При дворе пошли слухи, что она претендует на роль моей постоянной фаворитки. Тэрэса тогда только вернулась от отца, выпросив у меня разрешение остаться с сыном, и вела себя очень тихо и осторожно и никак не выдала своего отношения к этим слухам.