Крепостная

Но как можно спать при таком грохоте?

А еще я вспомнила, что их слуги не вышли из чулана, оборудованного для проживания и быстрого реагирования на запросы господ. Что она их… опоила? А ведь точно! И Петр, и Марья с Демидом не появились!!! Но как и чем? И я вспомнила ее саквояж с кучей флаконов и пудрениц. В нем можно привезти в дом даже ружьишко.

С барином я еще не говорила, но до Фирса донесла. И очень ждала, когда Осип этот разговор со мной заведет. Но и он молчал. Ощущение было, что он замять все стремится, будто надеется, что, закрыв глаза на всё, проблема исчезнет.

Надеясь, что барин пошутил и ни в какую мастерскую мне ехать не придется, я планировала совершить отчаянный поступок – пробраться в комнату Клеренс. Конечно, найти по запаху что-то опасное я вряд ли смогу, но посмотреть все же стоило. Пудра, она и есть пудра, а духи имеют аромат. Я представляла себе снотворное какой-то жидкостью во флакончике, но потом подумала, что ее вполне можно завуалировать ароматом.

Вечером на кухне у Нюры мне удалось встретиться с Фирсом.

— Двери-то снова закрыли? – поинтересовалась я."

"— Да в тот же час я все сам заколотил. Удивительное дело: ни один из них из комнат не вышел. Ладно, барин с этой… Демид-то должен был проснуться. Молоток — такое дело! Я снаружи скобой закрепил. А внутри загнул. Теперь можно только с шумом открыть. Сам-то ночую теперича в истопницкой. Раньше ее под дрова держали, чтоб посуше были. Вытащил все, постель свою принес. Никто не знает, что я там, - Фирс детально описал все, что сделал, и я улыбкой поблагодарила его.

— А барин? Он-то что говорит? – вот это интересовало меня больше всего.

— Молчит, аки воды в рот набрал, а мое дело малое: молчать да приказы исполнять. Только я не собираюсь все так оставить. Они у меня попляшут еще, коли решатся сызнова такое провернуть, - Фирс сжал кулаки и одним так грохнул по столу, что стоящие на нем тарелки и кружки подпрыгнули.

— Только сам-та на рожон не лезь, Фирсушка. Они ить басурмане, не посмотрят, кого удушить.

— Сама я с ним попробую поговорить. Хорошо, что не пустил меня с этой курицей. Надо бы еще в ее комнате пошарить. Петр-то, думаю, и не знает, чего у него под носом творится, - подытожила я.