Космический скиталец

Григори ушёл к челноку и улетел на станцию, а раб и техник ещё час вручную управляли глушением реактора, пристально следя за показаниями, чтобы тот не рванул. Реактор уже работал штатно, хоть и выдавал некоторые показатели завышенными. Но нет, не рванёт, мне это было невыгодно, – превращаться вместе с кораблём в небольшое солнце.

Через два часа раб и техник покинули «Ан-Юго» и вылетели в сторону станции на вернувшемся челноке, а корабль остался на месте. Система жизнеобеспечения работала, реакторы тоже. Корабль находился в режиме ожидания.

Так что я решил, что пора снимать скаф, что и сделал.

В жилой модуль я не возвращался, как это ни странно, жил я в камере девушки-пленницы. Там была койка и санузел. Мне хватало.

Что делать два дня, пока шахтёр не загонят в док, принадлежащий местному дельцу Фрагу, я не знал, поэтому, раз уж всё равно делать нечего, решил продолжить учить базу.

Первым делом я вычистил отходы из скафа, снова заправил его, после чего, подвесив его в каюте на крючок, накрылся одеялом, сверху тканью, что экранировала облучение, – на всякий случай, и начал в полусне учить базу.

Жаль, что лечебную капсулу пираты перетащили на своё судно. Хотя это наглость – учиться в капсуле, лучше уж так. Быстрее среагирую на внештатную ситуацию.

Два дня в учёбе пролетели, как один час. За это время я успел поднять базу всего на семь процентов. Разница с обучением капсуле была видна невооружённым глазом.

Пока шахтёр перегоняли на станцию, в один из доков, я сидел в своём схроне и наблюдал за всем этим действом с помощью небольшого визора.

Наконец крейсер был осторожно помещён в док, на стенах которого размещались огромные манипуляторы, после чего пилот покинул корабль. Почти сразу рабочие в количестве четырёх человек, двое из которых были рабами, включая инженера, приступили к своим обязанностям, управляя многочисленными дроидами.

Внутренние отсеки крейсера наводнили дроиды-диагносты, которые довольно ловко проводили диагностику всего оборудования, а два огромных инженерных дроида начали снимать часть обшивки, чтобы вытащить повреждённый реактор.

А он точно повреждённый. Сломал я его капитально, остаётся только выбросить, нужен новый. Но это я так, мысли вслух, местные, как я вижу, в теме и тоже это понимают."

"Приходилось лежать в схроне, стараясь не двигаться, чтобы не выдать своего присутствия, пока, наконец, не прозвучал сигнал обеда, который я так ждал. Рабочие дисциплинированно прекратили все работы и направились кто куда.