Королевская кровь 6

Бог-паук шагал к ним прямо по городу, полупрозрачный, клубящийся кровавой тьмой – а по абрисам его силуэта разливалось багpовое сияние. И глаза горели багровым, как угли. Он неслышно и быстро переступал огромными паучьими лапами, и в руке его образовывалась толстая дымная плеть.

Паук взмахнул ею, загудел рассекаемый воздух – и море в метрах пятидесяти от Макса взревело, поднялось стеной из пены и брызг, расходясь от удара. Их с Венин брoсило на ближайший прогнивший дом, оглушило, завертело. Если бы не щит, они бы уже были мертвы.

Щит смягчил удар, и Тротт успел вцепиться в какой-то столб, а второй рукой прижал к себе Венин, пережидая водное буйство. Но когда волны опали, огромный бог нависал прямо над ними. И уже гудела, опускаясь, дымная плеть.

Женщина в руках Макса всхлипнула и уткнулась в его плечо. Тротт потянулся к Источнику – и, поняв, что не успевает, заорал, глядя в оскаленную морду чужого бога:

- Отец!!! Помоги!!!

Море поднялось огромной убийственной волной, швырнуло их о стену, разнесло щит, - с жестокостью вечного существа закрутило, заливая в рты соленую взвесь песка и грязи и пытаясь oторвать друг от друга.

И заревел яростно чужой бог,так, что, похоже, лопнули барабанные перепонки – потому что вдруг стало тихо и спокойно. Словно вдруг выключили свет и звук.

А потом Макса швырнуло о древесный ствол – и он, кашляя и сотрясаясь в спазмах, сполз на землю, продолжая удерживать в руках обмякшую женщину. Приподнялся, отдышался, отплевался от грязи, чувствуя, как снова течет по ушибленной спине кровь и приходя в себя.

Он даже не мог удивляться – в таком шоке был. В глазах все расплывалось, голова кружилась до тошноты – то ли от удара, то ли от ранения,то ли от полета сквозь прoнзающие тело разряды. Они и сейчас чувствовались – будто Макс впитал в себя родственную силу, выкинувшую его из-под убийственной волны,и его потряхивало от адреналина и рвущейся наружу энергии Источника.

Наконец, удалось сфокусировать зрение.

Венин лежала у него на коленях тяжелой ношей – голова откинута назад, рот приоткрыт, незрячие глаза смотрят куда-то в небеса.

Макс сипло чертыхнулся, мгновенно собравшись, потряс ее – голова моталась туда-сюда, приложил пальцы к венке на шее, пытаясь нащупать пульс.

Пульс не считывался. И Тротт,тяжело дыша и встав на колени под светом двух лун, в лихорадочной спешке прощупал ее всю – нет ли тяжелых ран, не сломана ли шея. Пережил очередной приступ головокружения, отдавшийся в руки – их закололо, защипало разрядами.