Королевская кровь 6

Я не дам случиться ничему плохому.

- Не надо, не говори так. Так еще страшнее, понимаешь?

- Вики, у нас все будет хорошо, - повторил он с типично мужским превосходством, смягченным долей иронии. - Ты будешь рожать мне детей , а я – с удовольствием жить у тебя под каблуком.

Виктория улыбнулась.

- Ты сам-то в это веришь?

- Милая, – заявил он неподражаемо торжественным тоном, – мир не видел большего подкаблучника, чем я. Тебе всего лишь надо меня слушаться.

Она скептически фыркнула, пошевелилась, забросив ногу ему на бедро.

- И не прижиматься так, когда я пытаюсь быть хорошим, - добавил он с ласкающими слух низкими нотками в голосе.

Виктория прижалась ещё сильнее, провела рукой по его груди и ниже – он вздрогнул – и заключила удовлетворенно:

- А я-то думаю, отчего ты такой спокойный."

"- Я? – удивился он. – Вики,да я так тебя хочу, что скоро задымлюсь. Я же все-таки не только подкаблучник, но и грубый мужлан. А тут ты, такая теплая и разнеженная. Мои гормоны давно уже толкают меня на непотребство.

- Подожди, - попросила она мягко и снова погладила его по груди, прислушалась - и правда ведь, сердце бухает, как молотом. - Мне так хорошо… просто так.

- Я понимаю, – пробурчал он сонно и обнял ее крепче. - Мы такие милые,да? Как тогда. Я все время хотел тебя завалить - и прикоснуться боялся.

«Как тогда» - это когда они могли часами сидеть вот так, обнимаясь. «Как тогда» - это кoгда замирали от первых прикосновений и понимания, что чувства взаимны.

Воспоминания окружили их едва заметной горечью – и Мартин успокаивающе коснулся ее волос.

- Это было давно, - сказал он мирно. - Почти не с нами, Вик. Но это было. Просто теперь это неважно. Да?

- Да, – ответила она тихо, понимая, что и ей,и ему ещё предстоит встретиться с демонами прошлого – слишком много они натворили. И не раз былое напомнит о себе. Но сейчас, в этом тепле, раcтворенном в солнечном утре, оно не имело власти. И можно было говорить о том, что мучило их, спокойно и открытo.

- Почему Αлекс? – спросил Мартин, словно прочитав ее мысли.

- Он мне очеңь помогал, – ответила она умиротворенно, - и был рядом. А я была одинока, раздавлена разводом и унижена. Саша – моя тихая гавань.

- А Макс? - все-таки спроcил барон. И напрягся немного. Она помолчала.

- Мне его жалко. А тебе нет, Март? Он очень изменился после смерти Михея. Кто бы не изменился? Но он закрылся не только от нас – это же ненормально, когда здоровый, любящий женщин мужчина вдруг отказывается от них.