Контрольный поцелуй

Хозяин почесал огромной рукой плоскую, почти бритую голову, поскреб в двухдневной щетине и неожиданно вежливо осведомился:

– Вам кого, мамаша?

Я чуть не лопнула от злости. Видали сыночка! Да он меня всего лет на десять младше, не более. Обычно в таких случаях тут же ставлю нахалов на место. Но только не такого типа. Добродушный голос не может никого обмануть. У мужчины лицо дикого зверя – злое, напряженное и бесконечно опасное.

«Уноси, Дарья, ноги, пока цела», – шепнул мне внутренний голос, и первый раз в жизни я решила его послушать.

– Вы отец Алены Верещагиной? – спросила я и добавила: – Почему она пропускает занятия?

– Не знаю никакой Алены-шмалены, – сообщил верзила, с хрустом потягиваясь. – Ошиблась, дорогая. Тебе какую квартиру надо?

– Двести восемьдесят первую, – быстро сообразила я.

– Не ту кнопку нажала, дорогая, их дверь направо.

Щелкнул замок, я же, помня о том, что в двери есть «глазок», пошла в противоположную сторону и позвонила в двести восемьдесят первую квартиру.

– Кто? – послышался женский голос.

– Из школы.

– Опять на уроках безобразничает? – гневно спросила молодая женщина и, не дожидаясь ответа, втянула меня в прихожую.

Только когда за моей спиной захлопнулась дверь, я почувствовала, что по спине катится пот, а колени мелко дрожат.

– Что на этот раз натворил? – вопросила женщина, вталкивая меня в комнату. – Вы уж извините, беспорядок у нас, все руки не доходят.

Беспорядок – это скромно сказано. Погром, потоп, буря – будет вернее. По небольшой гостиной словно Мамай прошел.

Ну надо же, лежит себе посреди такого погрома, жует бананы, читает дамский роман и слушает новости.

– Так что он сегодня сотворил? – настаивала мамаша.

– Извините, наверное, неправильно представилась, я из школьного отдела муниципалитета. Вот ходим по домам, опрашиваем население, выявляем количество детей.

– Зачем?

– Хотим выяснить, надо ли новую школу строить или прежними обойдемся. Вы своей довольны?

– Моему безобразнику везде плохо, – отмахнулась женщина. – Как вас зовут?

– Дарья Ивановна, а вас?

– Изергиль Семеновна.

– Как? – не удержалась я.