Контрольный поцелуй

– Жрать охота, – сообщила хорошенькая.

– Курить еще больше, – добавила соседка.

– Ладно, – сказала симпатяшка, взбивая кудри, – придется на заработок идти.

Не успела я сообразить, что она имеет в виду, как девочка стала колотить в дверь ногой.

– Хорош, кончай базар, бабы! – раздалось из коридора.

– Пусти в туалет! – взвыла девка.

Лязгнули запоры, и появился белобрысый милиционер лет тридцати с прыщавым лицом.

– Чего стучишь? – недовольно прикрикнул он на буянку. – Обосралась, что ли?

– Это нам запросто, – захохотала девчонка, выскакивая в коридор.

Дверь закрылась. С полчаса мы сидели в полном молчании. Толстенькая пристроилась на нарах и закрыла глаза. Наконец в коридоре послышались шаги – это вернулась наша сокамерница.

– Во, – сказала она, вытягивая пачку «Золотой Явы», – угощайтесь.

– Ну ты даешь, Ксюха, – восхитилась толстенькая.

– Да что там, – махнула рукой Ксения, – в первый раз, что ли? Только грязный очень, я ему так прям и сказала: «Ты жопу когда-нибудь моешь или просто раз в году лопатой откапываешь?»

Девчонки захохотали в голос.

– А воду тут дают? – поинтересовалась я.

– Ага, – ухмыльнулась Ксюша, – нарзан со льдом и крем-соду.

Девки вновь заржали, но тут дверь распахнулась, и прогремел железный бас:

– Васильева, на выход!

В небольшом кабинете с надписью «Начальник» сидели двое – незнакомый мне человек лет пятидесяти и Александр Михайлович.

– Она? – спросил хозяин кабинета.

– Нашлась дорогая потеря, – вздохнул полковник, – сокровище мое… Спасибо, Олег Васильевич.

– Чего уж там, – отмахнулся начальник, потом поглядел на меня: – Как вы оказались в квартире Коростылева?

Я пожала плечами:

– Совершенно случайно. Пришла к Леокадии Константиновне, а ее дома нет. Позвонила в дверь к соседу, попросила ручку, чтобы записку написать. Он любезно впустил, дал бумагу. Только-только карандаш взяла, слышу, сама Леокадия Константиновна в дверь звонит. Ну я и стала прощаться, а тут ваши ворвались…

– Ну-ну, – явно не поверил Олег Васильевич, – бывают же такие совпадения… Можете идти.

– Сумочку отдайте.

– Виктор! – крикнул начальник.

Появился белобрысый милиционер, тот самый, что водил в туалет Ксюшу.

– Отдай гражданочке вещи.

На улице Александр Михайлович сердито стукнул дверцей старенькой машины и весьма нелюбезно рявкнул:

– Ну?

Я вытащила пудреницу и обозрела остатки лица. Выглядело впечатляюще. Правая бровь опухла, и глаз практически закрылся.