Хулиган. Его тихоня

 — Красивый же?

Она мгновение смотрела на меня, а потом посмотрела на свое запястье.

— Тот, что подарил тебе Леша, был гораздо красивее.

С таким же успехом она могла бы выстрелить в меня из пистолета, потому что боль была такой же сильной.

Моя рука поползла к запястью, где раньше был браслет, и крепко сжала его. Я отвела взгляд, стиснув зубы.

— Ксюш, почему вы с Лешей расстались? — тихо спросила она.

— Я не хочу говорить о нем, мама.

— Мы говорим о нем сейчас. Близнецы сказали мне, что ты плохо спишь. И ты почти ничего не ешь.

— Вот как? — с моих губ сорвалась горькая усмешка. — А я-то думала, что он все еще на седьмом небе от счастья.

— Не надо, Ксень, — сказала мама напряженным голосом. — Даже если он счастлив, что вы с Лешей расстались, это не значит, что он не беспокоится о тебе. Ты даже не представляешь, сколько раз мне пришлось сдерживать его от того, чтобы он не сорвался к Леше за ответами.

Вздрогнув, я перевела взгляд обратно на нее и наклонилась вперед.

— Что? — тихо спросила я.

— Для тебя он ведет себя нормально. Но поверь мне, он все еще кипит от ярости. Его единственной дочери разбили сердце. Неужели ты думаешь, что он спокойно отнесется к тому, что ты хандришь? Однажды он даже застал тебя плачущей, но не знал, что делать, учитывая, что ты сейчас с ним не разговариваешь.

Я поджала губы, чувствуя себя виноватой.

Впервые я рассказала папе о расставании, когда он ворвался в мою комнату, желая узнать, почему я превратилась в затворницу и перестала выходить из комнаты.

— Но я не такая, как он, Ксень. Мне надоело ходить вокруг тебя на цыпочках и ждать, пока тебе не станет лучше, — она потянулась к моей руке и сжала ее. — Так скажи мне — почему вы с Лешей расстались?"

"Я сглотнула внезапный ком в горле и ответила:

— Наверное, у наших отношений кончился срок годности.

— Ксень, ты действительно в это веришь?

— Нет, — прошептали мои губы.

— Тогда почему? — прошептала она в ответ.

Я опустила глаза и ничего не ответила.

— Ты знаешь, почему я разрешил тебе встречаться с Лешей?

— Нет, — ответила я тем же шепотом.

Она откинулась на спинку кресла и долго молчала, затем, наконец, заговорила:

— Чтобы понять почему, ты должна узнать кое-что обо мне, Ксюша.

Мрачное выражение ее лица начало меня беспокоить.