Хулиган. Его тихоня

— А мне что, запрещено заходить в книжный магазин?

— С твоим то уровнем интеллекта?

Я перевела взгляд с Тани на Данила и обратно на Таню.

— Вы знакомы? — удивленно спросила я.

— Нет, — отрезала Таня.

— О-о, да-а, — ответил Данил, широко ухмыляясь.

Таня нахмурилась еще сильнее. Я наблюдала за ними обоими, чувствуя себя немного неловко, будто бы третьей лишней. Таня казалась такой зажатой и уязвленной, а Данил явно наслаждался тем, что заставлял ее так напрягаться.

— Хочешь присоединиться к нам? — предложил он, пригладил широкой ладонью место рядом с собой.

— Нет, спасибо, — она скривилась. — Я не хочу ничего подхватить от тебя.

Настала очередь Данила нахмуриться.

— Ты хочешь что-то купить, Таня? — вмешалась я, надеясь разрядить напряженность между ними.

Она перевела взгляд на меня и немного смягчилась.

— Да, пару книг для подготовки к сессии, — ответила она. — Пойду посмотрю их.

— Я с тобой, — заявил Даня, поднимаясь на ноги. — Посмотрю, есть ли здесь хорошие комиксы.

Таня бросила на него взгляд, полный ненависти, на что Данил лишь вызывающе усмехнулся.

Я покачала головой, ничего не понимая. Очевидно, я чего-то не знала. Мне лишь было известно, что Таня ненавидела Данила и, похоже, совсем его не боялась. А он, кажется, находил ее ненависть забавной. Какие отношения их связывали?

Внезапно Данил остановился и обернулся.

— О, я забыл тебе сказать. Я позвонил Лехе.

При этих словах у меня открылся рот.

— Ты что?! — почти закричала я.

Он ухмыльнулся и кивнул головой в сторону двери. Леша как раз входил в магазин. Я тихо застонала, будучи не готовой к этой встрече. Даня усмехнулся и продолжил идти к Тане, кивнув Леше, когда тот проходил мимо него. Леша поприветствовал друга кивком подбородка, а затем глазами обвел магазин.

Когда я увидела выражение его лица, сердце перестало биться вовсе.

Он выглядел раздраженым и недовольным.

Он сел в кресло, которое освободил Данил, и уставился на меня. Я сглотнула, ожидая, что он заговорит первым, но он просто сидел, с каменным лицом. Тишина стала почти невыносимой.

Не выдержав гнета его недовольных глаз, я решилась сделать первый шаг.

— Привет, — пропищала я.