Хулиган. Его тихоня

Это было беспроигрышное решение. Так я бы смог выполнить наконец обещание, данное Ксюше — организовать для нее встречу с Громовым для передачи сэндвича, и заставить Черепа вести себя хорошо в течение всей недели. Но не все так просто — мне придется следить за тем, чтобы мои друзья не наделали херни при Ксюше и не напугали ее до смерти.

Бля, сколько же всего мне пришлось сделать для этих придурков…

Все тягостные мысли покинули меня, когда я припарковался у своего дома и увидел чужую машину у гаража. Бросив свою тачку прямо на территории, потому что не смог загнать ее в гараж из-за одного нежданного гостя, я направился прямиком к нему навстречу.

Нехорошее предчувствие скрутило меня изнутри. Я стиснул челюсти и яростно распахнул входную дверь, зная что она была незаперта.

— Какого хрена? — прорычал я, увидев мужчину, удобно расположившегося на диване с чашкой чая в руках.

— Добрый вечер, Леша, — проговорил отец, не отрывая глаз от игры по телевизору. — Где ты был?

Я ничего не ответил и направился в сторону своей спальни.

— Ты был со своей девушкой?

Я резко обернулся, страх сковал меня изнутри. Глаза отца, которыми он пронзал меня, были холодными и расчетливыми.

Откуда он знал? Откуда, блять, он узнал о Ксюше?!

Мои руки невольно сжались в кулаки.

Конечно, он знал. Не было ничего, чего бы старик не упустил, чего бы он не знал. Даже если он находился за много километров отсюда, у него все равно были глаза и уши в этом чертовом городе.

— Как же ее зовут? — он постучал пальцем по виску, изображая задумчивость, прежде чем ответил сам себе. — О, точно — Ксюша. Соколова Ксения.

— Чего ты хочешь?

Отец выдержал мой тяжелый взгляд, а затем сказал:

— Хочу познакомиться с ней.

Мышцы напряглись так сильно, что принесли мне боль.

Блять, блять, блять!!!

Именно этого я и боялся.

— Нет, — выдавил я из себя.

Старик поднял чай и сделал большой глоток, прежде чем сказать:

— Я хочу увидеть, что это за девушка.

— Нет.

— Хочу узнать, действительно ли ты ей нравишься.

— Нет.

— Хочу понять, настоящие ли между вами отношения, — продолжил он, не обращая внимания на пылающую ярость на моем лице. — Я хочу узнать девушку своего сына.

— Нет, ты с ней не встретишься, — бескомпромиссно отрезал я.

Отец стиснул зубы, отчего проступили несвойственные его лицу углы челюсти. Это говорило лишь об одном — он начал терять маску спокойствия.

Отлично.