Княжич варяжский

— Левота! Ты-то мне и нужен! Выходи, боярин! Буду с тебя виру кровью брать!

— Сейчас ее с тебя возьмут! — пообещал Левота. — Народ городской придет — все вы кровью умоетесь!"

"— А при чем здесь народ? — демонстративно удивился Сергей. — У меня на люд новгородский обиды нет! И на Людин конец тоже! Это ты, тварь беззубая, меня подло убить пытался! Слышишь, люд новгородский! — Сергей повысил голос, потому что уже начали прибывать местные. Пока в качестве зрителей. И хотелось бы, чтобы они в этом качестве и оставались.

Вот так, по самому больному. Тут каждый третий если не купец, то хотя бы лавочник, своим товаром торгующий.

— Так с тобой разве не такие же нурманы? — крикнул кто-то с улицы.

— Не такие! — Сергей привстал, пытаясь разглядеть крикуна. — Не такие. Лучше! Потому мои нурманы здесь со мной, а его, — Сергей показал на Людоту, — в подвале у наместника сидят, ждут суда справедливого! А что это за суд, если слугам за хозяйскую волю одним ответ держать? А хозяин, вот он! — голос Сергея разошелся вокруг, набрал звонкость и силу, будто на поле битвы. — Вот он, пес лживый и подлый! Дрожит от страха и думает, как бы так сделать, чтобы мне вашу кровь, люд новгородский, отдать вместо своей! Продать, как тех нурманов! Как он подручника своего Поджара… Знаете такого? Вот он его вместо себя хотел отдать! На казнь и муки! За то, что волю своего господина исполнял! По правде ли это, люд новгородский⁈

Сергей сделал паузу, и в нее немедленно вклинился Левота.

— Лжа все! — заорал он. — Выдумки! Гоните его! Бейте! Разбойник он!

— Вот и я о чем говорю! — Тренированный голос Сергея покрыл вопли боярина. — Поджар этот ко мне прибежал! Казни меня за господина, просил! Только родню тронуть не дай! А этот кричит: нет никакого Поджара! Вот скажите мне: знаете Поджара или я его придумал?

— Знаем Поджара! — закричали в толпе.

— Вот! — подхватил Сергей. — Слышишь, облуд, что люд новгородский говорит! Выходи, подлюга, ответ держать! Не хочу ворота вышибать и людей зазря губить за тебя, тварь лживую!

Пока Сергей взывал к справедливости, вторая сторона активно готовилась к обороне.