Княжич варяжский

Продемонстрировать одновременно уважение, доверие и понимание, кто здесь главный. Если получил добро называть белозерского князя папой, то изволь проявлять сыновью почтительность. Хотя бы иногда.

Эсту повезло. Простудился. Причем серьезно. Не иначе воспаление легких подхватил. И тем испортил народу шоу. Какое удовольствие в публичной казни, если пытуемый практически в бессознательном состоянии?

Так что все закончилось быстро. Без показательного урока для тех, кто рискнет покуситься. Остался только штраф, наложенный на работодателя несостоявшегося убийцы.

Причем небольшой, поскольку предъявить купчине было нечего. Эст — свободный человек, не холоп. Да и не убил же он княжича, так что, если по Правде, новгородцу и предъявлять было нечего. Да Сергей и не стал бы. У него были большие планы на Новгород, поэтому ссориться с его полноправным гражданином из-за такого пустяка, как покушение, он не собирался.

Никаких конфликтов с новгородцами. Неторопливое постепенное проникновение во властные структуры. Благо стартовую площадку в виде собственного подворья на Неревском конце, где рулил благодарный Сергею за спасение тысяцкий Хвалибор, Сергей уже создал.

Товары его в Новгороде уходят хорошо. В первую очередь потому, что цены на них Сергей велел ставить лояльные. Не откровенный демпинг, но лучше, чем у конкурентов. Еще и с хорошими оптовыми скидками, поскольку понимал, что оборот важнее разового барыша. Скинул десять процентов на свой товар, добавил еще десять на чужой, и вперед, в вояж, в котором прибыль в тысячу процентов считается нормой. Если вернешься живым и с товаром, само собой. А это как раз то, что Сергей умеет. Так что у него сейчас есть все шансы войти своим в будущую Золотую Сотню богатеев, которые спустя полвека станут делать политику Великого Новгорода.

Такой вот план. Который, как и все сложные многоуровневые конструкции, рассыпался от первого же сейсмического толчка.

Глава 4. Медвежья охота

Ладога

Ладожская крепость. Важное место. Одна из первых контрольных точек на пути из Балтийского моря в Черное.

Сама крепость и прилегающий к ней поселок кормились в основном с волока. Рынок тоже имелся, но так, местного значения. Функцию торгового узла забрал себе Новгород. Не только у Ладоги забрал. Вон и плесковские купцы жаловались, что к ним теперь никто не ходит. Все важные сделки — в Новгороде. Большую силу приобрел Новый город. В северные столицы метит, и небезосновательно. Для подвластных руси земель Новгород — город уникальный.