Хозяйка забытой усадьбы

– Лорд-герцог, как хозяйка дома, – в этом месте я дала петуха, потому что услышала скрип нити, – полагаю, я имею право на некоторые объяснения…

Теперь зашипел Сангриено, поскольку Корбу пришлось надавить на края раны, и я не выдержала:

– А нет способа обезболить хотя бы на время? – взмолилась я, глядя на гильдийца.

– Я же не целитель, способности – не равно образование. Увы.

При этих словах Фабио помрачнел. Было похоже на то, что ему известна некая тайна наемника, и она определенно касалась этих самых проблем с образованием.

– Не переживайте, госпожа Даргуа, – отозвался лорд Мортензи. – Подобными царапинами Сангриено не прикончить. И не такое выпадало по роду службы.

Итак, префект косвенно подтвердил, что он вояка. Возможно бывший высокопоставленный чин. Лорд-герцог же у нас генералом был? Возможно, поэтому Мортензи и торчал в Северной провинции на должности, которая вне всякого сомнения жала ему в плечах.

Не переживать? Я не переживаю вовсе за этого невыносимого, наглого, хамоватого и спесивого гада-предателя! Ни в коем случае!

Но одно дело война, приграничная стычка или что-то подобное, а совсем другое – мирное время.

– Какие объяснения ты желаешь получить? – вмешался Сангриено, которому, видимо, надоело, что он нем говорят в третьем лице в его же присутствии.

– Отлично, – непонятно с чего разозлилась я на наместника. – Вопрос первый: во что вы меня впутали? Вы же не можете не понимать, что мне лишние проблемы ни к чему?

Я уставилась ему прямо в глаза.

Я не только жаждала узнать, что происходит, но и то, остался ли мой секрет только между нами.

– Если ты не хотела проблем, зачем тебя принесло в самую проблемную провинцию Хвиссинии? – криво усмехнулся Сангриено.

Что ж.

Он хотя бы не выдал меня своим приятелям.

– Наследство привело, – поджала я губы.

– Наследство Патрика Даргуа? – поднял брови наместник. – У него не было детей.

– И тем не менее, я кровный потомок и истинная наследница, лорд-герцог. Усадьба принадлежит мне по праву, не продается, и я не в большом восторге от того, что кто-то распоряжается моей собственностью, – отчеканила я.

Лорд Мортензи присвистнул.

– Кровный потомок Хранителя… – он уставился на меня так, будто снова собирался предложить мне руку и сердце, но потом покосился на Сангриено и передумал.

– Это все осложняет, – тоскливо отозвался Фабио.

И как обычно не рассказал, ни что именно осложнилось, ни насколько, ни каким образом.

Проклятье! Впервые в жизни, я испытала к человеку неприязнь за то, что он не пьет.