Хозяин Стужи

— Тогда до завтра, — Катя улыбнулась, — а теперь прости, мне нужно еще успеть многое сделать, — после этих слов она покинула поляну и быстрым шагом направилась в сторону общежития, я же пошел обратно в корпус, меня ждала еще одна пара, теперь связанная с экономикой, и тут у меня уже был свой интерес.

* * *Несколько минут спустя. Общежитие.

Катя достала из тайника новый простенький телефон с номером на чужое имя и по памяти набрала Алмазова.

— Миша, мне нужно поговорить с твоим отцом, — выпалила она, как только тот поднял трубку, — и чем быстрее, тем лучше.

— Катись к черту, Островская, — уставшим голосом произнес Михаил, — из-за тебя я лежу словно овощ, и тебе хватает смелости звонить мне? Теперь я знаю, что за всем этим стоит твой папаша, а ты всего лишь выполняла его приказы.

— Если ты дашь мне поговорить с твоим отцом, у него будет возможность отомстить моему, — Катя уже начинала злиться, — ну не будь ты идиотом, Алмазов, я предлагаю вам род Островских на блюдечке, а ты нос воротишь.

— Я внимательно тебя слушаю, девочка, — вдруг в трубке что-то щелкнуло, и Катя услышала совсем другой голос, — что ты там говорила о роде Островских?

— Я готова предоставить вам род Островских на блюдечке, — повторила Катя, взяв себя в руки, — вам это интересно?

— Очень, — собеседник усмехнулся, — едь на в аэропорт имени Ивана Четвертого, там тебя будет ждать мой самолет. Но если это плохая шутка, ты пожалеешь, девочка.

— Это не шутка, — сглотнув, произнесла Катя, — скоро вы сами все поймете…

Глава 15

* * *Москва.

"— Ну заходи, Гриша, чего мнёшься? — крупный старик с серыми глазами смотрел на Островского как палач на жертву. Барон прекрасно понимал, что его ждёт тяжёлый разговор, и был готов к этому.

— Добрый день, ваша светлость, — Островский поклонился.

— Не такой уж он и добрый, Гриша, если ты у меня в гостях, — старик усмехнулся, — выкладывай, что у тебя там случилось?

— Одну мою точку накрыли, — на выдохе произнёс Островский, — забрали все документы, товар не тронули.

— Гриша, — ласковым голосом произнёс старик, — скажи мне, что это шутка. Скажи мне, что ты не настолько туп, чтобы допустить такое.

— Ваша светлость, я не мог хранить бумаги в другом месте, — потея, произнёс Островский, — мой наследник ничего не знает о моих занятиях вне рода, я не хотел, чтобы он был запятнан. Знаю только я и моя дочь, — барон прикрыл глаза.