Хочу тебя в долг

— Хотите казнить наших людей?

— Наши люди не провалили бы поставку.

Зураб молчит. Не рискует возражать.

— Я эту погань огнем выжгу, — продолжаю холодно. — В следующий раз каждая новая крыса несколько раз подумает, прежде чем предавать. Вторых шансов не последует. Ошибки тут никто прощать не станет.

— Но там ведь, — запинается. — Там и верные люди есть.

— Есть, — не спорю. — Им стоило лучше за неверными приглядывать. Теперь поздно. Наказание понесут все до единого.

— Как прикажете, шеф.

Зураб понимает, что я прав.

Разве это первый срыв поставки? Нет, будут еще. Просто не может не быть. Но с учетом того, как я наказываю тех, кто с обязанностями не справился, все будут на стреме. Уверен, некоторые крысы точно на попятную пойдут.

Викинг. С ним позже разберусь. Пусть дожидается.

А пока намечается встреча поважнее.

Черт. Опять перед глазами зайчишка стоит.

Проклятая баба. Башку поедом жрет.

И я дебил. Как вспомню утренний минет, так слюной исхожу. Пах от похоти распирает. Повторить бы. Член изнывает, деревенеет, кровью наливается. Хоть обхватывай и надрачивай прямо в тачке. До кровавых мозолей. Вспоминаю про бесовскую девку и шалею. Сперма мозги заливает. Вроде ночь напролет эту звезду выдирал, утром тоже пару раз добавил, а не отпустило.



Глава 44

— Тебе уже донесли о моем приказе? — спрашиваю, едва переступив порог кабинета, закрываю дверь и прохожу вперед, останавливаюсь перед панорамным окном в пол.

Красивый вид. Заснеженные горы. Мощь, непередаваемая сила и свобода.

— Ты не мог поступить иначе, — следует ответ.

— Осуждаешь? — хмыкаю.

— Я осуждаю только слабость, — наконец поворачивает голову и прожигает меня взглядом насквозь.

— Значит, мне нечего бояться, — заключаю спокойно.

"Дьявол. В присутствии этого человека всегда чувствую себя мальчишкой. Жалким сопляком, которому просто повезло заслужить его уважение. Глупым. Бесполезным. Будто судьбу обманываю. Против воли небес достаю счастливый билет.

— Уверен, ты отлично понимаешь, Викинг не причастен к срыву поставок, — продолжает мужчина. — Он жесток, однако не безумен. Никогда не осмелится нарушить перемирие первым. Чтит волю своего отца, уважает собственный род.

— Догадываюсь.