Халид. Во власти врага

– Я повторю вопрос, Ада. Зачем он вам?

– Спасти свой наряд, похожий на мешок картошки.

– Халиду не понравится подобное.

– И мне с этим разбираться. Я попросила для головы, обманула вас. Всё валите на меня.

– И вам не страшно? Жизнь, Ада, ценная вещь. И не стоит рисковать по мелочам, чтобы кого-то разозлить. Склоните голову и смиритесь. Этот совет всё, чем я могу помощь.

Киваю, даже не чувствуя злости из-за слов женщины. В её культуре, наверное, так принято. Позволять всё решать мужчине и не перечить. Быть тихой и скромной.

"Если бы я смирялась и покорялась каждый раз, когда мне говорили, то никогда бы не выжила. Ни в детдоме, ни на работе, где тоже приходилось доказывать свою силу.

– Кемаль! – и тот появляется спустя секунду, явно поджидая под дверью. – Принеси платок из моей комнаты.

– Зачем? – кажется, это излюбленный вопрос в этом доме. Интересно, они и у Халида так всё уточняют?

– Надо. Давай, быстрее.

– Кто он? Кемаль. Охранник, надсмотрщик, ваш помощник?

– Его приставил Халид, чтобы наблюдать за вами.

– Значит, надсмотрщик.

Принесённый платок я завязываю на талии, выделяя её. Вся в чёрном, от корней до лакированных туфлей. Словно ношу траур по тому, что потеряла, попав сюда.

– Пора, - Кемаль кивает на дверь. – Халид ждёт.

Глава 33. Халид

– Ещё раз, дословно, что тебе сказала Ада?

Слышу, как Вера тихо фыркает в трубку. Своенравная и глупая, не понимающая, когда стоит заткнуться. Ада такая же, только той нечего терять, напролом идёт.

– Ничего, Халид. Осмотрела рану, ты сказал выйти. Можешь по камерам просмотреть, если так хочешь.

– И не просила помочь? Не уговаривала, слёзы, крики?

– Ни словечка, - Вера замолкает, пока я щёлкаю зажигалкой. Подкуриваю сигареты, оставленные Шамилем, и затягиваюсь. – Она не дура, знает, что никто не поможет.

– Не дуры тоже чудят. Шею себе черканула знатно.

Тру руки, словно там ещё кровь засохшая.

Каждый раз думаю, что учудит. Послал Кемаля проверить и вещи притащить. Не удивлюсь, если реально голой спустится. Ни один охранник не посмеет поднять глаза, выдрессированные. А я бы полюбовался.

И после потащил в спальню, наказывать за самоуправство.