Халид. Во власти врага

Когда мир плывёт, кровь кипит в венах. Выливается влагой между ног, стонами постыдными. Будто Халид до нервов добрался, до эпицентра возбуждения. И бьёт по нему, каждый раз, когда пальцы в меня вводит. Раз за разом, чтобы окончательно разрушить.

– Вот так, колючка, давай.

Машу головой, сжимая пальцами смятую простынь. Цепляюсь, утопая в своих же чувствах. Проигрываю тому, кого ненавидеть должна. Но ненавидеть можно вместе с тем, как прогибаюсь, чувствуя себя на грани.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А затем каждую клеточку кислотой выжигает, когда накрывает оргазм.

Внутри взрываются бомбы, падают снаряды. Оставляют после себя кратеры, пронзают осколками. И меня накрывает ударной волной, кроша. Когда всё тело немеет, погружаясь в невесомость. Дрожу, выгибаюсь и задыхаясь под весом мужчины, от того, как неправильно хорошо мне сейчас.

Разруха сплошная, а я стою на руинах своего же мира.

А после Халид толкается в меня.

Глава 29. Халид

Собирался же нормально поговорить.

Так, что член ломит от ожидания и желания толкнуться. Девушка сжимается на пальцах, проигрывая в своей же игры. Хочет меня, а я собираюсь взять обещанный приз.

Толкаюсь внутрь, где охренительно узко и влажно. Ада цепляется своими ладошками за плечи, надавливает, старая остановить меня. Но уже всё произошло, назад дороги нет.

– Стой! – смаргивает слёзы, застилающие медные глаза.

Последнее слово тихо произносит, словно не желает признаваться в собственной слабости. Что неприятно, слишком огромный для неё. Да и я остановиться уже не смогу.

–  Сейчас легче станет.

Не гребу, как девственниц успокаивать. Нужно ли вообще. Но замираю, давая девчонке привыкнуть. Чтобы прекратила терзать собственные губы и расслабилась.

– В себя кочергу запихни, - хрипит, прикрыв глаза. – И успокаивай так.

– Кочергу? За комплимент зачет.

– Кочерга тонкой бывает!

– Тонкой, значит?

Толкаюсь глубже, на полную входя. Достаточно, чтобы Ада вскрикнула и мотнула головой. Зато научится думать, что и кому говорит. Я ей не нежный Лука, который будет пылинки сдувать. И если нужно надавить, чтобы она чужой авторитет уважала, то не проблема.

Особенно, если так надавливать.