Карт-Хадашт не должен быть разрушен!

Тогда один за другим в мою темницу спустились двое, бережно привязали меня к чему-то вроде носилок и подняли наверх – головой вверх, иначе я бы не пролез через люк. А после так же бережно куда-то понесли.

Я открыл глаза и неожиданно увидел, как навстречу мне ведут начальника стражи, а за ним обоих, кто надо мною глумился. Начальник попытался броситься передо мной на колени, но его потащили дальше, и я услышал три раза звук падения чего-то большого – похоже, они оказались там, где только что находился я.

Меня принесли в комнату, где горело сразу несколько масляных ламп и было хоть что-то видно. На лавочке сидели Ханно и какой-то человек помоложе в богатом доспехе.

Увидев меня, Ханно сказал:

– Спасибо, сын мой, что ты вновь спас мою глупую внучку. Что они с тобой сделали?

Я попытался открыть рот, но закашлялся от боли, и тот, второй, сказал вместо меня:

– Избили, а еще один из стражников на него помочился.

Ханно спохватился:

– Сын мой, познакомься. Это Паннебал. Мой племянник, сын моей сестры. Его только вчера назначили начальником стражи Бырсата, и тут сразу такое."

"– Прости нас, Никола, – сказал Паннебал. – Я только недавно получил место начальника стражи и еще не разобрался, что за люди в ней служат. Все, кто так с тобой поступил, будут сурово наказаны. И я заменю их людьми, бывшими под моим началом и раньше.

– Рад с вами познакомиться, – улыбнулся я, как сумел, и повернулся к своему приемному отцу: – Как Мариам?

– Уже, наверное, дома. Все время спрашивала о тебе.

– А… все остальное?

– Абрека с Лелой увели в конюшню. Седло твое в порядке, а вот твой арбалет эти идиоты разломали. Подумали, что это что-то римское.

– Жаль, – с трудом поговорил я. – Ладно, Боаз еще сделает.

Боаз и его люди уже работали над новыми арбалетами, улучшенной конструкции.

– Так что мы сейчас поедем домой. Только сначала тебя помоют, переоденут и осмотрят. Рупе!

Я думал, что так кого-то звали, но Ханно пояснил, что это означает «врач».