Измена в новогоднюю ночь (СИ)

Холода не чувствую, у меня сейчас такой вулкан внутри, что мороз мне не страшен.

Понимаю, что дорога здесь почищена. Видимо, недавно прошёл трактор. Дохожу до моей букашечки. Чёрт, её теперь вообще не достать из-за наваленного снежного борта, оставленного трактором. Но сейчас мне плевать даже на машину. Мне нужно скрыться как-то от этого ужаса.

Решительно подхожу к такси.

– Добрый день. Вы ждёте женщину, которую сюда привезли? – уточняю я.

– Да, – отвечает пожилой водитель.

– Она просила передать, что остаётся здесь.

Пусть Гордей остаётся в снежном плену с женой и ей теперь рассказывает про “искренние чувства”!

– Я тогда завершу заказ, а вы мне наличкой оплатите? – прищуривается водитель.

– Конечно, сколько? – сажусь на переднее сиденье, доставая кошелёк из сумки.

Но тут замечаю, как из дома выскакивает Гордей и несётся к нам.

– Поехали, скорее! – прошу я.

– Ну поехали, – тут же трогается водитель усмехнувшись. – Сбегаем?

– Да, быстрее, пожалуйста!

Машина прибавляет скорость, а я смотрю в заднее окно, как Гордей бежит по сугробам за нами и машет руками.

Что он там говорил, с Игорем я получила прививку от доверчивости?

Спасибо, Гордей, за мощную ревакцинацию! Теперь доза точно убойная! До конца жизни мне хватит!

Глава 14.

Гордей.

Шок – это по-нашему! В первые секунды у меня даже возникает мысль, что это мои личные заёбы вылезли, и Наташку вижу только я.

"Хочется выть и ругаться матом на весь дом, связных мыслей в голову не приходит. Ещё бы, откуда им взяться, когда кровь вся пульсирует в другом месте, и уже увидевший зелёный свет мой несчастный член рвётся в бой, ещё не успев осознать, что нас ждёт очередной эпичный облом.

Наташка что-то верещит, из-за шума в ушах я плохо разбираю, но понимаю одно – её нужно срочно убрать отсюда, чтобы даже не смотрела на Аню.

Черррт! Только сейчас начинает доходить, в каком свете я выгляжу теперь перед девочкой. Да и для неё – неискушённой стеснительной крошки, всё происходящее точно станет большим стрессом.

Да уж, Дымов, охрененно ты поднял девушке самооценку. Зубодробительно, я бы сказал!

Её шокированное покрасневшее личико лучше слов сообщает мне, какой в её глазах я теперь подлец.