Измена в новогоднюю ночь (СИ)

– Только рыпнись куда-то… Ты под арестом, пока я не решил, что с тобой делать!

Закрываю её в квартире и иду к машине…

В голове и груди снова взрываются боеголовки. Что это такое, блять?! Как?!

Ты же не могла, Снегурка, переметнуться так быстро к этому утырку? Ты же не такая?

Или всё же такая, м?"

"Закрываю глаза, перед глазами встаёт юное ещё лицо Наташки моей ромашки, и вот то, во что она превратилась сейчас. Неужели Аня прошла ту же эволюцию так быстро? Не хочу верить в это.

Тошно! И больно.

Но… Я не буду выносить вердикт прямо сейчас.

Я дам нам шанс и подышу ещё немного. Я хочу посмотреть в твои глаза и прочитать ответ в них. Найти какое-то самое дебильное оправдание, чтобы образ моей светлой девочки не очернился.

Я ведь поверил тебе, Ань, в душу пустил, в сердце… Не добивай меня, прошу…

Еду в чёртов “Адмирал” – самый пафосный ресторан города. Туда простые смертные не вхожи. Но… Я знаю универсальные пути прохода.

Дресс-код у меня весьма сомнительный, поэтому на входе меня тормозят.

– Ладно, хрен с тобой, если тебе так легче! – надеваю прямо поверх водолазки.

Вхожу в зал. Нужную компанию нахожу сразу. У окна, за одним из самых козырных столиков.

Аня и упырь ко мне вполоборота. Она сидит в шикарном вечернем платье, такая ослепительно красивая и чужая.

У меня стынет всё в груди, когда я вижу, как гадёныш собственническим жестом кладёт руку на её талию.

Подхожу ближе, до меня долетают голоса:

– Рад, что Игорь нашёл верную и такую очаровательную спутницу жизни. Признаюсь, у меня были немного другие планы, но… Раз уж вмешалась любовь, я не могу этому противостоять.

Ах, сука, любовь?! – хочется заорать мне.

Но я стою, слушаю дальше, сжав зубы до хруста.

– Свадьбу сыграем летом, – продолжает вещать мужик.

Хозяйка?! Охуеть! Вот это ты решила жилищный вопрос, Снегурка… Круто, чё!

Меня переворачивает так, что хочется просто сдохнуть вот тут, прямо у её прекрасных ног.

Хочется орать в голос и всё крушить, но я стою, шокированно и цинично скалясь.

Мне кажется, я каменею. Во мне атрофируется всё человеческое, и я превращаюсь в бездушный, ледяной камень.