Измена в новогоднюю ночь (СИ)

И снова игнор. Как-то не слишком красиво, Снегурка, не находишь?

Но я не буду торопиться с выводами. Я найду тебя, и мы поговорим.

Начну, пожалуй, с квартиры твоей отмороженной мамаши.

Глава 40.

Поднимаюсь в лифте на нужный этаж. Чем ближе я к квартире Эвелины, тем сильнее меня бомбит. Ну потому что я не понимаю!

Почему ты ушла, Ань? Куда?

Нет, ясно, расстроилась, разозлилась, но ты выскажи мне всё в лицо, а потом хлопай дверью.

Куда ты пошла? К матери своей пришибленной? Там тебе лучше?

Пока ехал сюда, я уже миллион диалогов в голове прокрутил, от самых спокойных, до тех, которые заканчивались эмоциональным взрывом.

Но в реале взрываться нам нельзя. Нужно отыскать в душе дзен и как-то всё разрулить.

Подхожу к двери квартиры…

Приоткрыта…

Голоса… Что за нах?

Открываю дверь чуть шире, прислушиваюсь.

Взволнованный голос Эвелины и мужской требовательный бас.

– У меня столько нет прямо сейчас, – Эвелина.

– А нам насрать! Хозяин послал привезти долг, – грубо, агрессивно.

– Заберите машину, – дрожит её голос.

– Этого мало.

– Остальное будет через пару дней.

– Что, думаешь, успеешь насосать? – насмешливо.

– Это не ваше дело.

– Ну как же… Аппарат у тебя рабочий. Может, попробуешь нас уговорить? – посмеивается второй. – А если через пару дней не будет бабок, мы твою милую дочурку по кругу пустим, поняла?

Вот тут у меня башня сразу же подтекает, и все здравые мысли улетучиваются.

– Что здесь происходит? – захожу в квартиру.

На диване сидит бледная Эвелина, а над ней двое крепких мужиков, один из них держит её за волосы.

– О, а это ещё кто? – разворачивается тот, что повыше.

– Это тот, кто тебе за дочурку череп проломит. Эвелина, ты во что вляпалась?

Глаза у этой курицы бегают, но она молчит.

Зато мужик криво ухмыляется, показывая неровные зубы.

– Бабла она нам торчит. Дамочка любит поиграть, знаешь ли. Казино, рулетка, карты. А карточный долг, это святое.

– Сколько?

– Пятнадцать кусков. Не рублей, естественно.

– Ни хера себе, – присвистываю.

– Я не виновата, – дрожат губы Эвелины. – Меня подставили.

– А машину ты чью собралась спустить, уж не Анину ли?

– Это моя машина, – огрызается Эвелина.

– Хороши подарочки, ничего не скажешь. На кого хоть работаете, мужики?

– На Седого! Слышал о таком? – борзо оскаливается.

– М, – поджимаю губы. – Эдуарда Семёновича? Как интересно. Ну так мы у него все детали и выясним. Вы присаживайтесь, мужики, не пылите, сейчас всё решим.