Измена мужа. После (СИ)

Как паззлы детской мозаики – стык в стык.

И тут дело не только в хорошем сексе, дело – в контакте. В близости, в понимании потребностей партнера, в умении предугадать дальнейший поворот событий. В этом смысле у нас с Рокотовым полный порядок. Кажется, мы и впрямь подходим друг другу.

– Доброе утро, – чувствую позади себя ленивое неспешное шевеление.

А затем нежные пальцы пробегаются по моему бедру.

– Доброе, – отзываюсь, потирая веки.

Тело по-прежнему погружено в блаженную негу. Хочется нежиться на утреннем солнышке, как кошка на подоконнике.

Плавное пробуждение – это именно то, с чего начинается день счастливого человека.

– Как спалось?

Влад, к счастью, тоже никуда не торопится. Поглаживает меня по ноге.

– Чудесно.

Это правда. Несмотря на то, что я проспала от силы часов пять (потому что большую часть ночи мы с Владом занимались совсем другим), чувствую себя вполне отдохнувшей. Жизненных сил – хоть отбавляй.

– И мне, – он зарывается носом мне в волосы и обнимает чуть крепче.

Я его понимаю. Стоит только допустить контакт с внешним миром, как тотчас посыплются пропущенные звонки, неотложные дела, рабочие вопросы и тонны прочей «сверхважной» информации. А сегодняшнее утро напоминает тихую гавань. Оно уютное и только наше.

Мы позволяем себе поваляться еще пол часа. Лежим в обнимку, обсуждаем всякие милые глупости и время от времени целуемся.

– Завтракать хочешь? – спрашиваю я, когда позывы желудка и мочевого пузыря становится невозможно игнорировать.

– Давай, – воодушевляется Влад. – Я голоден как зверь.

Выбираюсь из тепла ватного одеяла и пуховых подушек и, зябко ежась, семеню в ванную. Умываюсь, чищу зубы и увлажняю кожу кремом.

Мое коронное утреннее блюдо – глазунья с салатом из руколы и томатов и тосты с авокадо. Полезно, вкусно и очень эстетично. Короче говоря, идеальный завтрак после первой совместной ночи с мужчиной.

Пока я хозяйничаю на кухню, Рокотов тоже наведывается в уборную, а потом присоединяется ко мне.

– Тебе помочь? – спрашивает, обнимая меня сзади.

Я заметила, что он очень тактильный.