Измена. Мой непрощённый (СИ)

Меня разрывает на части! Понимаю, что если сейчас позвоню, то скандал неминуем. Потому я беру себя в руки. Поднимаюсь наверх.

— Джек? — не разуваясь, беру поводок.

Он неохотно выходит из зала.

— Идём! — говорю. Это нужно. И мне. И ему.

Глава 22. Настя

Самойлов звонит, когда я убираюсь. Диана на танцах, у них выступление через неделю. А Деня… Работает! Трудится в поте лица.

— Привет, ты дома? — звучит его голос сквозь шум.

— Да, — отвечаю, — Но Дина на танцах. Я же тебе говорила, её сегодня не будет. Завтра приезжай.

— Я знаю, — отвечает мой бывший, — Мне нужно поговорить с тобой.

— Со мной? — удивляюсь, выпускаю тряпку из рук, — Говори.

— Это не телефонный разговор, — отвечает Самойлов.

«Даже так», — смеюсь про себя. И отвечаю, подумав:

— Ну, ладно. Тогда приезжай.

Спустя полчаса он у двери. Я, облачившись в домашнее, отложив принадлежности, иду открывать. Вид у него напряжённый. Смотрю, как он разувается. Вокруг обуви — лужи от снега. Думаю: «Нужно будет потом протереть».

— Чай, кофе? — предлагаю ему на правах образцовой хозяйки.

— Нет, спасибо, — бросает Илья. И проходит за мною на кухню.

Я, несмотря на отказ, ставлю чайник. Сама бы не прочь выпить чаю. Выбираю, какой предпочесть.

— Я так понял, Дениска устроился слесарем? — слышу вопрос.

Обернувшись, киваю:

— Ну, да. А откуда ты знаешь? Он рассказал?

Это странно. Ведь сын не общается с ним. Хотя… Может, я чего-то не знаю? Тем лучше! Меня напрягает их долгий бойкот.

— Я видел его, — отвечает Самойлов, — И как давно это длится?

Его тон обвиняет.

Я отвечаю:

— Месяц, может быть, два. А что тебя не устраивает?

Илья шумно дышит. Подходит к окну. В его позе сквозит недоверие. Кажется, что-то другое, совсем Денис привело его к нам.

— Ты могла бы спросить у меня, — произносит он сдержанно.

Пожимаю плечами:

— Могла, но не стала.

Чайник кипит, и я выключаю его. Насыпаю заварки.

— А почему именно этот гараж, не другой? — продолжает Самойлов, — У тебя там знакомые?

Я усмехаюсь:

— Допустим.

Он ведёт языком по губе. Этот признак злорадства, я знаю. Обычно он делает так, когда хочет сказать что-то важное, но вынуждает себя промолчать. Однако на этот раз данный приём не работает. И Самойлов бросает:

— И кто он?

Я удивлённо смотрю:

— Ты о чём?

Дежавю. Точно также и сын меня только что спрашивал, с кем я встречаюсь. Неужели, Денис сболтнул папе об этом? Не верю!

— Я о том, что ты делала ночью, — цедит сквозь зубы Илья.