Изгнанница. Искра Императора

Возможно, дело было в искре и в малыше, который тоже грел меня изнутри, а возможно, в том, что я окончательно отпустила себя и позволила этой близости просто быть.

Солнце скользнуло вниз, и Натаниэль произнес:

— Нам пора возвращаться.

Я хотела сказать, что мы еще успеваем тут чуть-чуть постоять и вернуться до того, как ночь поглотит Лавуаль, но муж уже отступил в сторону. Его окутало яркое огненное сияние, стирающее черты лица мужчины, его фигуру, миг — и вот уже передо мной стоял великолепный, иссиня-красный дракон.

— Что⁈ Нет! — возмутилась я. — Нет! Нет, нет, нет и еще раз нет! Я беременна…

— Р-р-р-р! — раздалось раздраженное, и в следующий миг мощный чешуйчатый хвост резко, но удивительно осторожно обернулся вокруг моего тела. Я взмыла ввысь, меня усадили к себе на спину, и, не дожидаясь гневной тирады, этот… дракон! Просто! Шагнул! Вниз!

Я бы пошло завизжала, если бы не то самое удивительно надежное чувство: сейчас оно окутало меня еще сильнее.

Но он не колотил. Он парил.

Два взмаха — парение, бесконечный полет, и пропасть под нами уже не пропасть, а невероятно прекрасные земли.

"Мысль «Сядем — убью», — оформилась в моей голове и растворилась в ту же минуту. Потому что то, что мне сейчас дарил Натаниэль: это чувство безграничной свободы, драконьей мощи, это стремительное движение, от которого я перестала ощущать себя маленькой и хрупкой, словно сама стала драконицей… это было незабываемо. Неповторимо. Невероятно!

Мы пролетели к дальним горам, развернулись и понеслись обратно над лесом, над термами, над трассами и верхней деревней, над дорогой к замку… Наверное, нас видели все, но это было уже неважно.

Натаниэль приземлился не во дворе замка, а на просторном балконе. Правда, для дракона недостаточно просторном: хвостом он снес пару статуй, а мордой чиркнул по стене, выбивая из нее камни. Правда, сейчас мне было на это наплевать: внутри все горело, плавилось, закипало, и, хотя я подозревала, что часть этих чувств принадлежит ему, это уже не имело значения.