Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

За двадцать минут до них, щелкнув кнутом, на полной телеге скрылся в лесу Тонин, его до города страховали двое «рябовских».

К моему удивлению, и нам нашлась работа – нужно было подготовить поле к возможному приему – самолетов с Большой Земли. Подхватив лопаты и заступы, – найденные в одном из сараев, вслед за проводником направились к нужному месту. По словам одного из летчиков, который уже был там, идти нужно было около шести километров. В сторожке никого не осталось. Все, включая лесника с женой и двух раненых на носилках, отправились с нами.

Положив на плечо лопату, я бодро шагал по лесу следом за Батей, слушая разглагольствования Степки. Он, оказывается, успел со всеми перезнакомиться и сейчас делился полученными сведениями:

– …и еще ты от баб на дереве прятался? Тоже правда?

Я не описывал этого в своей книге, цензура не разрешила портить образ геройского рассказа, но, если спрашивали, говорил правду.

– Было такое, – хмыкнул я, увернувшись от низко висевшей ветки.

– Ага, – улыбнулся Степка. – Расскажешь?

Отец снизил скорость, присоединяясь к нам. Эту историю я не рассказывал, ему тоже стало интересно.

– Почему нет? Это еще в сорок первом было, меня тогда сбили, ну я и набрел на аэродром подскока. Конечно, я там не один был, целая группа собралась, даже ведомого нашел.

– Почему была? – поинтересовался Степка.

– Погиб во время налета, но это после. Так вот, пригнали, значит, мы «мессеры»…

Я достаточно подробно описал и угон, и приключения во время полета, как искали сам полк, как вызвался слетать добровольцем в разведвылет, предложив использовать один из трофеев.

– …и что мне оставалось делать? Такая толпа баб на тебя прет, им доказывай не доказывай, что я свой, порвут. Пришлось бежать. Взобрался на дерево и сидел там, пока помощь не пришла, – нехотя закончил я.

– И что? Они тебя не узнали?

– Позже узнали, но тут уже я рассердился, похабные и матерные анекдоты им травил, пока один генерал не приехал.

– А немцев всех четырех сбил? – жадно спросил Степка.

– Трех точно, а четвертого случайно, я по другому огонь открыл, а этот мне в прицел влез."

"Впереди показался просвет, и мы замолчали. Те, кто шел первым, уже выбрались на открытое пространство.