Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

А если вот тут на удалении разместить несколько пар истребителей, то они нас перехватят при возвращении. Мутно тут как-то все. Не нравится мне этот вылет. И место, которое штабные выбрали, где мы должны перехватить генерала, тоже. Нет, оно, конечно, удобно, деваться им с дороги просто некуда, но… не нравится мне это, и все тут!

– Мутно? Хм, забавно сказал… но верно. Мутно… – Словно попробовав на язык новое выражение, подполковник продолжил: – Правильно выразился.

– Угу. Не лететь не можем, но и лететь… Нюхом чую, что-то тут не так.

– Вот и мне все это не нравится, – постукав карандашом по карте, признался Стриж.

– Есть у меня идея одна, только… – Я замолчал, скосив глаза на что-то обсуждавших командиров.

– Да? – Комполка тоже покосился на оперативников и предложил пройтись до столовой, заодно поговорить.

Время было утреннее, поварихи заканчивали готовить завтрак, так что скоро по ближайшим пунктам базирования повезут термосы с едой и чаем, а нас пригласят в большую землянку с общими столами.

У нас не было разделения на командиров и бойцов, зачастую приходилось обедать, садясь между оружейником, пропахшим сгоревшим порохом и оружейным маслом, и писарем из штаба. Всяко бывало. У нас только кормежка другая, нормы питания разные. Причём пилоты иногда с завистью смотрели, как техники наворачивают горбушку чёрного хлеба с тушёной капустой или зелёный горошек хрумкают. Нам этого просто нельзя. Не знаю, может быть, и это влияло на наш сплоченный коллектив, но по крайней мере работали все, как в последний день, выкладываясь полностью.

Кстати, теперь, как я считал, наш полк ничем не отличается от истребительных частей сорок пятого года. Те же соседи летали максимум три раза в день, да и то если погода летная, у нас же было не так. Зачастую летчики даже из кабин не вылезали, когда шли отчаянные бои на Украине. Пять-шесть вылетов тогда уже считалось нормой. На Крымском фронте пока такого напряжения не было, так что один-два, да и то наперехват по наводке постов ВНОС.

На свободную охоту летали мало – нам запретили. Пятой точкой чувствовал, что тут что-то не так, явно командование к чему-то готовилось, вот и не разрешало пугать немцев.

Спустившись в полутемное помещение столовой, я вдохнул приятные, отдающие мясом, ароматы из кухни и, кивнув на дальний столик, направился к нему. Завтрак был еще не готов – слишком рано, пять утра все-таки, так что мы могли свободно поговорить, пока столовая пустовала.