Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Мне больше всего понравился ваш юмористический рассказ… Как его, «Девятый вагон», кажется?

– Было такое дело, время оставалось, вот я и рассказал. Персоналу вроде понравился, вот они и разрешили дать его в эфир, – пожал я плечами, припомнив сплагиаченную у Задорнова юмореску.

Времени мне тогда дали много, а текста было маловато, вот и предложил вставить юмористический рассказ.

– Мне тоже понравился. У вас есть еще что-нибудь подобное? Новые песни? Рассказы?

– Конечно, есть, не проблема. Как только вы определитесь со временем, вызовете, я прилечу.

– Так чего ждать?! Все готово, едем сейчас! – хмыкнул Мерецков.

– Сейчас?! – Я озадачился. Хотя сколько там того выпитого? Так… малость.

– А что? Вы куда-то торопитесь?

– Да нет, просто неожиданно. Сейчас так сейчас, поехали?

– Поехали!

Распрощавшись с хозяином кабинета, мы вышли из здания и сели в явно трофейный «Мерседес».

– К Симановичу! – скомандовал комиссар водителю.

Ехать пришлось в центр города, в так называемую старую часть.

«Мерседес» завернул в какой-то дворик и остановился рядом с двумя легковыми машинами.

– Приехали. Идем, нас уже ждут, – поторопил Мерецков.

То, что мы приехали, и так было понятно. По огромной антенне на крыше трехэтажного здания.

– Ждут?

– Да, я предупредил редактора, что мы приедем. Когда узнал, что вы, товарищ Суворов, на катере, так сразу и позвонил.

– Понятно.

Мерецков явно тут был свой: пока шли по коридорам, он со всеми здоровался, уверенно открывал двери, приветливо махал кому-то.

– Вот, посиди пока тут, – завел он меня в какой-то кабинет. Судя по табличке, принадлежавший редактору Симановичу.

– Скоро эфир?

– Через полчаса.

– Что?! – искренне удивился я. – Но ведь я не успею! Когда выступал в Москве, мы почти четыре часа готовились, репетировали!

– Я в курсе, но через полчаса должен был выступать летчик-штурмовик, но он не вернулся с вылета. А тут случайно узнаю про вас.

– Что за летчик? Я его знаю? Из полка подполковника Рощина?

– Да. Капитан Ламов.

– Ламов? Черт! Я его хорошо знал, не раз вместе летали… Ясно, но как с речью? Нельзя чем-нибудь другим заменить?

– Извините, товарищ Суворов, но диктор пятнадцать минут назад уже объявил, что выступать будете вы. Сейчас подойдет редактор, и вы с ним все обсудите.

– Вот блин! – только и сказал я, когда комиссар вышел.