Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Путилин, который, присев в уголке, с интересом слушал наш разговор, встал и, подойдя, вскрыл пакет. Получив дневник в руки, я стал быстро его листать.

– Вот, – сказал, открыв нужную страницу.

– Что это? Он немного похож на «ЛаГГ», – пробормотал конструктор, с большим увлечением рассматривая рисунок Ла-5.

– Вообще-то это и есть «ЛаГГ», только с мотором воздушного охлаждения."

"– У него большой капот. Будет сильное воздушное сопротивление, – пробормотал Лавочкин, на глаз прикидывая конструктивные недостатки.

– Это легко компенсируется мощью двигателя.

– Двигатель… Проблема только в двигателе, – хмыкнул Семён Алексеевич, посмотрев на меня. – Точнее, в том, что его негде взять.

– У меня в июле был разговор с одним перегонщиком – они нам новую технику перегнали – вот он рассказал про моторы воздушного охлаждения, которыми завалены склады. Я этим заинтересовался, оказалось, они стоят на СУ-2…

– М-82А, – кивнул конструктор.

– Да, мне приходилось сталкивался с ними, так что ТТХ и размер мотора я знаю.

– Машина потяжелеет, – с сомнением сказал Лавочкин, вернувшись к разглядыванию рисунка.

– Мощь двигателя это компенсирует. А то, что он большой… Видите, какие там фальшборта? Тем более этот мотор вам в плюс: никто из других конструкторов ими не интересуются. Весь запас ваш.

– Не все. Гудков на свой прототип такой поставил. Не знаю, что у него получится, – едва поморщился конструктор, говоря о своем знакомом-конкуренте.

– Да?.. Не знал. Думаю, вам лучше объединиться. Сейчас война, главное – это помощь нашим войскам, и первоклассный перехватчик нам не помешает. Ссоры и единоличие тут неуместно.

– Я подумаю над этим, – кивнул Семён Алексеевич. Судя по его виду, он собирался вырвать листок с рисунком и забрать его с собой.

– Давайте я вам распишу его ТТХ и предназначение?

После кивка конструктора я откинулся на подушку и, мазнув взглядом по Путилину, который с огромным интересом продолжал прислушиваться, начал говорить:

– По идее это перехватчик…

Обедали мы втроём, но даже во время еды жаркий спор между мной и Лавочкиным не стихал, доходя до криков.

Я знал все болячки будущего Ла-5 и старательно подсказывал или прямо говорил, где могли быть дефекты.