Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

В последний момент я заметил, что руль ухватил Никифоров, вернув ее обратно на дорогу, а голова Марьина безвольно упала на грудь, покачиваясь в такт движению.

Нога убитого сержанта продолжала давить на педаль, из-за чего «эмка», стуча сбоившим мотором, уносила нас от врагов.

Вдруг мотор заглох, и наступила тишина. Разве что шум покрышек по лесной дороге, куда мы докатились, благо Никифоров успел поставить на нейтралку.

– Уходим. Помощь их надолго не задержит, – крикнул особист и первым выкатился из остановившейся машины.

– Думаете, они наших уже подавили? – спросил я, наблюдая, как Никифоров осматривает сержанта и достает из кабины ППД и пару гранат.

– Там зубры. Видел, как они стреляли по нам? В Марьина попали шесть раз, чудо, что он сто метров сам смог проехать. В меня не стреляли, боялись тебя задеть, но по мотору палили.

"– …боялись меня задеть?! Вы хотите сказать, что это на меня охота идет?

– Думаешь, на меня? Это ты личный враг Германии, а не я. Повезло с теми бойцами, что нас догнали, если бы не они, то…

– Машина, – воскликнул я, услышав завывания быстро приближающегося движка. Вихляя на пробитых колесах, по дороге в нашу сторону неслась полуторка с диверсантами в кузове.

– Уходим!!! – крикнул Никифоров, и мы рванули в глубь леса.

Мы бежали по лесу, напрягая все силы, пока не на-ткнулись на бурелом, что немедленно замедлило наше передвижение.

– Тут тропа, – крикнул я Никифорову, который крутил головой, пытаясь найти выход или обходной путь.

– Давай первым! – велел он, тревожно глядя назад. По всем прикидкам, немцы уже должны были показаться, но почему-то задерживались.

Идти по звериной тропе было невозможно, сперва мы позли метров сто по-пластунски, потом стало получше, но все равно кое-где приходилось идти то сильно согнувшись, то гусиным шагом.

– Перекур, – тяжело дыша, наконец выдохнул особист и сел, положив автомат так, чтобы можно было сразу стрелять в ту сторону, откуда мы только что приползли.

– Я, честно говоря, охреневаю от такой ситуации: бегаем от немцев, и где!!! В своем же тылу!

– Тише говори и старайся не сбивать дыхание.

– У меня с дыханием все в порядке, – ответил я уже тише.

– Да знаю. Каждый день спозаранку вокруг аэродрома бегаешь, часовых пугаешь.

– Здоровый дух в здоровом теле, – был мой ответ.