Истинный выбор

Дождавшись, пока все покинут карету, Рэйнер пошёл в сторону замка. Моя рука по-прежнему лежала в его. Остальные следовали за нами.

На крыльце выстроились слуги в форменной одежде тёмно-бордового оттенка. Впереди стояла плотная женщина преклонного возраста с круглым улыбчивым лицом. По мере приближения генерала она почтительно поклонилась, её примеру последовали все остальные слуги.

— Фарроу, — Рэйнер кивнул женщине, и обвёл взглядом остальных. — Рад приветствовать всех вас. Как видите, у нас гости. Позвольте представить вас друг другу.

Напоследок Рэйнер ободряюще сжал мою ладонь, снова вскочил на коня и уехал. Фарроу снова поклонилась нам:

— Рада приветствовать вас, господа. Наверное, вы устали с дороги. Пройдёмте внутрь.

Фарроу бросила краткий взгляд в сторону и двое молодых парнишек в ливреях поспешили к карете, чтобы снять наши вещи. Дафна пошла за ними, чтобы проследить за багажом.

— Господин Каритас, для вас с помощницей подготовлены покои в лекарском крыле. Там есть все необходимые условия для работы. Старшая горничная вас проводит, — вперёд выступила молоденькая девушка невысокого роста и быстро присела. — Леди Ангелина, вас провожу я сама. Ужин будет накрыт в восемь в главном зале.

Целитель Каритас не двинулся с места и сказал:

— Хм. Я бы предпочёл, чтобы больная также была размещена в лекарском крыле.

— Боюсь, это не в моей компетенции, целитель Каритас. Таково распоряжение лорда Файерстоуна. Если угодно, можете обсудить это с ним за ужином.

Фарроу вежливо кивнула и твёрдым шагом пошла внутрь замка. Я поймала на себе тревожный взгляд Каритаса, пожала плечами и двинулась следом за домоправительницей.

— Леди Ангелина, я навещу вас перед ужином и произведу осмотр.

— Да, конечно, целитель Каритас, всё хорошо, не беспокойтесь.

Мы с Фарроу первыми зашли внутрь замка. Я увидела зал небольшого размера, выдержанный в тёмных тонах. Небольшой диванчик неподалёку от входа и декоративный гобелен были выполнены из плотного сукна.

По центру зала, в обрамлении гобелена, висел портрет пожилого мужчины в военном бордовом камзоле с нашивками и погонами. Часть его лица была покрыта росписью, обозначающей принадлежность стихии огня.