ИСТИНА

И как он, битый-перебитый, мог поверить этой суке Рудерману, что на чердак придет киллер, замочивший несколько дней назад председателя Морбанка Козлова, потому что с чердака он наблюдает за президентом АО «Горизонт».

Правда, ходили слухи, что чекисты сами устраняют новых русских, повязанных с криминалом, но Капитан не особенно в это верил.

Короче, влип он по полной программе. С этими невеселыми мыслями Борис допил кампари, лег и сразу уснул.

Разбудил его звонок в дверь. Капитан вскочил. В комнате было совсем светло.

Звонок снова задребезжал в прихожей. Борис включил монитор. На лестничной площадке стоял Серега Попов.

Капитан внимательно рассмотрел экран телевизора. Никаких подозрительных теней.

Конечно, он доверял своему бывшему сослуживцу Сереге Попову, но нынче жизнь такая — всех проверять надо.

Борис открыл дверь.

— Привет, Боря.

От Сереги невыносимо густо несло дорогим французским парфюмом."

"Удивительно быстро бывший старший прапорщик-подрывник приладился к крутой московской моде. На шее у него висела золотая цепь, на руке — «рыжий» «ролекс» и массивный браслет.

Борис посмотрел на него и улыбнулся.

— Ты чего, командир? — спросил Сергей.

— Золота на тебе больше, чем в ломбарде.

— Да брось ты, командир, люблю я это.

— Ты же не цыган.

— При чем здесь цыган? Нравится мне.

Действительно, Серега Попов с радостью окунулся в новую, непонятную жизнь. За один день он зарабатывал больше, чем за год опасной и тяжелой службы в Анголе или Мозамбике.

— Ну, если нравится… Проходи.

— Ну что ты, в натуре, командир, достаешь меня с этими цацками.

— Да носи на здоровье. Ты теперь новый русский.

— Ну чё ты, в натуре…

— Вот видишь, и говорить стал, как малолетка из Матросской Тишины.

Серега насупился. Он любил и уважал Кондрашова с тех пор, как они вместе портили жизнь южноафриканцам в Анголе, а особенно в Мозамбике.

Борис Кондрашов тогда еще не был Капитаном, носил погоны старшего лейтенанта и командовал особой диверсионной группой, в которой специалистом-подрывником был старший прапорщик Попов. Поэтому любое замечание командира Сергей воспринимал болезненно.

— Иди мойся, командир, а я завтрак сооружу.

— Ты ко мне по делу или просто в гости?

— По делу, командир. — Сергей поставил кофейник на плиту.